– Что? – Макс оторвался от созерцания фото.
– Ольгу, кстати, благодари! Она первая поняла, что не надо это твоей жене отправлять! У меня тут еще несколько есть, лови и их тоже! – Илья допил пиво и, поставив пустую кружку на стол, произнес:
– Придется опять Ольку просить, чтобы она разузнала у Ангелины все об этом ее дрыще.
– Зачем?
– Ну, как зачем? – переспросил Илья.
– Да, зачем, Илюх? – повторил свой вопрос Макс каким-то потухшим, безжизненным голосом, – предлагаешь морду идти ему бить за то, что он с Гелей встречается? А этого ничего, что я сам женат?
– М-дааа, ситуация, однако, – протянул Илья.
– Ладно, Илюх, прорвусь! В первый раз, что ли? Веришь, самому противно: сижу тут перед тобой, как баба, сопли на кулак наматываю! Но одно я тебе точно скажу: с Риткой я разведусь. Знаешь, вот как-то увидел я ее с другой стороны, что ли. Не глупая же, вроде, баба, а всё время только и слышу от нее о том, как она заживет, когда у нее свой салон будет.
– Ну, мечтает Марго о своем салоне, что в этом такого? Будет салон, будет мечтать о ребенке! – попытался обнадежить друга Илья.
– А вот это вряд ли! – возразил Макс, – вот твоя Ольга о ребенке мечтает, а Рита только о салоне! Веришь, не хочет она детей. Сколько лет с ней живем, не хочет! Боится она фигуру свою потерять, молодость, свое драгоценное время, еще что-то. Да много всяких отговорок я наслушался за это время! – Макс отпил пива и продолжил:
– Веришь ли, я, увидев вчера Гелю с её племянником, понял, что все, край! Хочу наследника! Увидел, как Ольга твоя с твоим же Пашкой возится, и увидел, как Марго брезгливо морщится на это.
– Что? Ты сейчас серьезно? – удивился Илья.
– Вполне! – кивнул Макс, – и на Ольгу морщится, и на Гелю! А точнее, на их возню с пацанами. Будто они не с детьми возятся, а, не знаю, с пауками, которых она боится. Тьфу! Противно стало. Понял я окончательно: не родит она мне никогда! Ты, Илюх, сейчас не понимаешь меня – у тебя Пашка вон есть! А у меня никого.
Один я на целом свете остался. И еще, знаешь, вот занимался я вчера сексом с Риткой, а представлял Гелю. Докатился, едрит! И зачем мне, спрашивается, такие сложности? Меня мать всегда учила, что свою женщину надо уважать. Пока живешь с ней – уважай. Не можешь уважать – не живи! Не трать ни ее жизнь, ни свою. Вот как-то так! Ладно, пойду я отолью, и можем ехать. Докинешь меня до дома?
– Уууу, друг, вот и посидели, пользуясь, случаем! – поддел Илья друга.
