Тонкий шелк облепил ее влажное тело так, что можно было разглядеть четко проступившие вставшие соски под тканью. Я сглотнул подступивший к горлу ком, но как бы не пытался, а оторвать взгляд от девушки не мог. Черт, нужно срочно позвонить кому-то из своих любовниц, а то совсем за эти несколько недель одичал. При одном виде на Любу в штанах тут же становится тесно и раньше я за собой не замечал такой особенности.
Она молча раскладывает диван, достает из шкафа постельное белье, а потом все так же игнорируя мое присутствие щелкает выключателем и комната погружается во тьму.
Какое-то время и сижу в кресле, думаю о том как круто изменилась моя жизнь, а еще что с удовольствием продал бы пакет акций этому Мамаеву, а сам переехал жить в Италию и открыл еще парочку ресторанов. Возможно, даже стал бы за плиту одного из них. Потом мои мысли вертятся вокруг Любы. Она-то вряд ли согласится продать завод, да и по завещанию не получится провернуть такую схему.
Я прислушиваюсь к тишине, улавливая громкое дыхание девушки и шорох одеяла.
Нахожу возле себя костыли и приближаюсь к дивану. Стягиваю одежду, забираюсь к ней и притягиваю к себе.
— Сегодня мы будем спать раздельно. Я даже уступаю тебе кровать.
— Развод и раздел имущества? Не переживай, я завтра утром и сам уберусь из твоей квартиры.
Чувствую как Люба напряглась в моих руках, а ее сердце под моей ладонью забилось чаще. Неужели хочет чтобы я задержался еще на пару дней?
— Давно пора было это сделать, — ее голос звучит глухо и по интонации можно даже не сомневаться, что говорит она это неискренне.
— Не ври что не будешь скучать за королевскими ужинами и моим членом.
— Пф-ф-ф, ты слишком высокого о себе мнения. Еда из ресторана ничем не хуже твоей, а еще ты забываешь, что главное не размер, а умение им пользоваться.
— Ну, судя по тому сколько раз за ночь ты содрогалась от оргазма, пользоваться тем, чем наградила меня природа я умею отменно."
"— Да-да, утешай себя, — хмыкает она и пытается отодвинуться от меня. Так как мой затвердевший член уперся в ее мягкую попку, желаю оказаться на свободе.
Я переворачиваю Любу на спину, и впиваюсь поцелуем в ее рот. Она сопротивляется, бьет меня кулаками, но я крепко прижимаю ее к дивану и проталкиваю язык все глубже. Несколько минут борьбы и девушка поддается мне. Обхватывает ладонями мое лицо и придвигается ближе. Мне хочется встать на колени между ее ножек, хочется взять ее на полу, у стены и на столе, но из-за чертового гипса чувствую себя немощным стариком.
