Легко и просто, словно мы и не расставались.
– Иди ко мне, принцесса, - Сэм сам тащит на себя, касаясь губами моих губ, целует. Так, что кровь кипит и растекается желанием по венам. Подгоняемая пальцами мужчины, когда он медленно касается клитора. – Влажная. Ты так и не сказала, скучала по нам?
– Скучала.
Признанием вырывается так просто, словно ждало своего часа. Правда ведь скучала. По поцелуям, как сжимают пальцами моё тело. А оно выгибается струной, реагируя. Так хорошо и правильно, что у меня нет сил сопротивляться.
– Мы тоже, Юн. Очень скучали, чувствуешь?
Сэм ловит мою ладонь и тянет вниз. Накрываю его эрекцию, и ячувствую, насколько. Ничего с собой не могу поделать, проводя пальцами через ткань боксеров. Наслаждаюсь рваным вдохом, тем, как мужчина прикрывает глаза. Надавливает своей рукой, заставляя стянуть белье ниже. Коснуться горячей головки, размазывая каплю смазки.
– Чёрт!
Вскакиваю до того, как меня успевают остановить. Телефон разрывается в сумке, заполняя комнату сиреной. Она стояла только на Теймура, его второй номер, которым пользовались крайне редко.
А значит что-то случилось. Содержимое сумки рассыпается по полу, но это мелочи.
– Да, Тей.
– Ты жива? Ты должна была вернуться домой два часа назад. Ник сказал, что съемки закончились.
– Ник сказал?
Теймур продолжает притворяться, что он не мой отчим. Слишком маленькая разница в возрасте, чтобы походить на отца и дочку. Но иногда в своей заботе он действовал заботливее самого строго отца.
И что-то подсказывало, что дома меня ждёт допрос с пристрастием.
Глупо улыбаюсь, когда страх отпускает. Думала, с кем-то случилась беда, а тут переживали за меня.
– У вас всё хорошо?
– Да. Марк ждёт тебя, ты скоро? Юн, не мне следить за твоей жизнью, но…
– Я буду выезжать уже. Не знаю, может часа два в дороге. Уложи Марка спать, хорошо? А после будешь рассказывать, как я плохо справляюсь с ролью матери.
– Ты меня с моей бывшей женой не перепутала? Я рад, что у тебя личная жизнь появилась. Просто не заставляй меня волноваться, ок?
– Ок.
Чувствую себя девочкой-подростком, у которой комендантский час. И смущаюсь так же. И веселюсь, с каким вздохом Сэм натягивает боксёры, оставаясь без оргазма.
Но никто из мужчин ничего не говорит. Не пытается утянуть обратно на диван, надавить, чтобы я ещё немного осталась. Алекс подаёт мне мои шорты, а Сэм накидывает сверху свою кофту, чтобы не замерзла. И это такие мелкие знаки заботы, от которых тело покрывается мурашками.
