На улице душно, но домой возвращаться я не спешу.
– Пошли, принцесса. Если окна ещё целы, значит они не подрались.
– Умеешь ты успокаивать.
– Успокаиваю я по-другому и в постели.
Произносит шепотом и на английском, чтобы Марк точно не услышал. Алекс не может знать, что сын знает английский и французский, благодаря поездкам и хорошему детскому саду в Москве. И это мелочь, что мужчина перешел на другой язык, но очень весомая. Показывает, что Теймур не прав, и Марк его волнует.
Мне бы принять ещё порцию прозака или несколько бокалов вина, чтобы найти в себе смелость.
И поговорить о той части жизни Марка, которая будет волновать Алекса и Сэма куда больше.
Я забеременела в Новогоднюю ночь.
Кстати, Сэм, у тебя врожденная гетерохромия? Да так, пытаюсь понять, чей сын сейчас спит на руках у Алекса.
Не пользуйтесь большей жидкими презервативами, ребята. Так как я тогда залетела.
Столько саркастичных вариантов, но никакой не подходит. Не могу открыть рот и сказать пару важных фраз. Не знаю, чего боюсь больше.
Что ребёнок им окажется не нужен.
Или постараются сыграть в заботливого отца, а потом им надоест. И Марку будет больно.
Или что кто-то из них действительно станет хорошим отцом для сына, и мы окажемся связаны навсегда. Отношения ведь могут не выдержать. Тогда больно будет мне.
Алекс укладывает Марка на постель, а я наблюдаю, как Теймур выбрасывает все продукты с кухонных тумбочек в корзину.
– Даже не хочу думать, что туда могло попасть.
– Тей!
– Ничего не знаю. И знать не хочу. Я заказываю доставку из рыбного ресторана, будет через час.
Так что – свободны. Вы трое. Мне нужно в одиночестве восстанавливать психику и плакать психологу.
– Ты не плачешь и не ходишь к психологам, - выдыхаю, понимая, что ссора закончена. – Для этого у тебя есть невеста.
– И бедная Кира, ей столько всего предстоит выслушать. Так что, брысь.
Я смеюсь, когда Алекс и Сэм утаскивают меня в свою квартиру. А после резко становится не до веселья. Когда встречаюсь с серьезным выражением лица, а руки уже прибираются под мою футболку.
– Так на чём мы остановились, принцесса?
Глава 40"
"– Я грязная, - хнычу, когда пальцы Сэма так правильно накрывают мою грудь. Едва задевают соски, ласкают кожу. – У меня куркума в волосах и…
– И? – Алекс усмехается, чувствуя мою дрожь. Наслаждается мучениями, когда не могу стоять и хватаюсь за его шею. – Ну же, принцесса, что ещё?
– Масло. И приправы. И…
Давлюсь воздухом, когда мужчины вводят меня пальцы. Не знаю, кто из них.
