И без сомнений завожу ладонь назад, стараясь поймать Алекса.
– Всё, что захочешь принцесса.
– Кто-то жаловался, что мы не добирались до кровати.
– А теперь из неё не выбираемся.
– Хотите поменять место?
Стараюсь звучать игриво и уверенно, но голос садится. Дрожит от возбуждения, как сковывает тело накатывающем теплом. Самостоятельно скидываю платье, наслаждаясь, как скользят их взгляды. Словно могу ощутить прикосновения к груди и напрягшемуся животу.
Опускаюсь на кровать, наблюдая за мужчинами. Едва опираюсь на локти, смотря, как они избавляются от одежды.
Во мне нет этого – игривости, уверенности в каждом движение. Даже если уверена, что бельё красивое и отлично сидит на фигуре, всё равно сомневаюсь.
Но заставляю себя не тянуться к покрывалу. Оставляю тело полностью открытым. Сэм и Алекс не раз говорили, что я им нравлюсь. Как выгляжу и что делаю. И нужно привыкать к этому.
– Ты такая красивая.
Алекс первым присоединяется. Опускается губами по шее и груди, касается языком впадинке на животе. И мне кажется, что возбуждение следует за ним.
Растекается внутри, обвивает. Напоминает электричество, которое бьёт по венам. И пронзает нервы, когда губы мужчины касаются клитора.
– Алекс…
– Тише, принцесса. Мы ведь не хотим, чтобы весь отель слышал.
– Вам нравилось, что я громкая.
Бёдра сковывает дрожью, содрогаюсь, стоит Сэму добавить пальцы. Ввести в меня, растягивая, заставляя давится своими стонами. Прижимается губами, заглушая.
– Нравится. Но твои стоны только для нас.
Что угодно только для них, лишь бы они продолжали.
Продолжали сжимать грудь, окончательно избавившись от моего лифчика. Обводили пальцами клитор, пуская мурашки. Яд, от которого немеет всё тело.
Алекс укладывается на меня сверху, прижимая своим весом. Шепчет что-то, что совсем не слышно за стуком сердца, тяжелым дыханием. Могу лишь потянутmся за презервативом, раскатывая защиту по каменному члену. Обхватить, провести, и застонать, когда мужчина входит в меня. Плавно, но без излишней медлительности. Двигается, пока не выбьет весь воздух из лёгких.
Веду ладонью по груди Сэма, опускаюсь ниже. Хочу провернуть это же с ним, провести пальцами по бархатной коже головки. Но могу лишь цепляться за бёдра, когда перед глазами плывёт.
– Принцесса.
Сэм касается подушечкой пальца моих искусанных губ. Оттягивает нижнюю, надавливает. А я поддаюсь безумию, обхватывая его пальцы. Едва солоноватая кожа, с горечью от сигарет. Опять курил, волновался. И это новым возбуждением обволакивает.
