Господи, неужели вам не ясно, что, если бы я захотела выйти за вас, я могла бы стать вашей женой гораздо раньше, чем обвенчалась с Брукхейвеном!
Баскин покачал головой.
– Нет. Вас заставили выйти за него. Я видел, как ваша мачеха с вами обращалась. Она заставила вас сделать это.
Дейдре усмехнулась.
– Вы – болван. Я сама предложила ему взять меня в жены! – Дейдре вытерла ладонью пот со лба. Пот был холодный. – Я долгие годы любила этого упрямца. У меня чуть сердце не разорвалось, когда он вздумал жениться на моей кузине.
Наверное, в голосе ее было нечто, что просочилось сквозь плотный кокон иллюзий, которым окружил себя Баскин. Он посмотрел на Дейдре так, словно впервые увидел.
– Но… Но вы же видели, что я вас люблю. Вы видели и вы улыбались мне! Что же вы за чудовище, если могли так играть моими чувствами?
Безумием было чувствовать себя виноватой при сложившихся обстоятельствах, и тем не менее Дейдре было стыдно за себя.
– Я думала… Да ни о чем я не думала. Теперь мне жаль, что я причинила вам боль.
Я не хотела делать вам больно, но мне не приходило в голову вас пожалеть. Все, чему меня научили, – это манипулировать людьми, и я отлично усвоила эту науку.
Баскин с шумом втянул ртом воздух. Когда он заговорил, было слышно, как ему больно.
– Вы… Вы не любите меня, да? Теперь я это вижу. Господи, что я сделал? Я погублен! Я погубил свою жизнь ради вас, и вы смотрите на меня всего лишь с жалостью! Мне не нужна ваша жалость! Мне нужна ваша любовь!
Баскин схватил ее за плечи и прижал к себе.
Дейдре едва не потеряла сознание от боли. Нет, приказала она себе, не отключайся! Ты должна продержаться. Ты не должна дать ему утащить тебя в лес.
Когда Дейдре пришла в себя, то обнаружила, что находится в горизонтальном положении, что голова ее лежит у Баскина на коленях, что он гладит ее по волосам, заботливо убирает со лба упавшие на лицо пряди. Руки его дрожали. Она открыла глаза и посмотрела в его побелевшее лицо.
– Я убил вас. О, Господи! Я все загубил. Я убил вас, и теперь Брукхейвен убьет меня, и правильно сделает.
Я заслуживаю смерти.
Сквозь туманную дымку Дейдре видела, как он поднял пистолет.
Нет! Она хотела закричать. Но не было слышно даже шепота. Она не смогла его остановить.
Вспышка ослепила ее. Лицо обожгло горячим пеплом, звук выстрела оглушил.
Голова кружилась. Накатила страшная слабость. Сил хватило только на то, чтобы откатиться от обмякшего Баскина, уткнувшись лицом в мокрую листву, устилающую землю.
