– Так забавно рассуждать о поступках других, когда у самого есть что скрывать, – не выдержала я. Ребята резко замолчали и перевели все внимание на меня. Я видела, как плечи Нади опустились, и вся ее уверенность улетучивалась с каждой секундой.
– Ты кто такая? – спросил брюнет.
– Макс, да забей на нее, – фыркнула блондинка.
– Свет, а может, тут группа поддержки? – крикнула из-за стола девчонка с короткой стрижкой. У нее был яркий макияж, который больше старил, чем придавал яркости лицу. Я сделала шаг вперед, чуть прикрыв собой Надю.
Кажется, она начала дрожать.
– Да ладно, Свет, – произнесла я, сделав акцент на имени блондинки. – Ты действительно думаешь, что парень, который хвастается своими достижениями в постели, может называться мужчиной? Вчера он публично унизил Надю, завтра унизит тебя, потом вон ту, темноволосую. Да ему плевать на вас, женщины для таких – пшик, пустое место.
– Что ты несешь, дура? – крикнул какой-то парнишка в кепке, поднимаясь из-за стола. – Твоя подружка строила из себя недотрогу, а потом отдалась по первому зову.
Таких называют шлюхами!
Ребята засмеялись.
– Аналогично называют и тебя, и Максима, и Светлану. Выходит, у вас тут сборище шлюх, ребята. Тогда мне тем более непонятно, чего вы взъелись на Надю, – и, хотя я пыталась говорить уверенно, внутри все равно переживала.
– Рот закрой! – завопила Света. Голос прозвучал настолько резко, словно кто-то прошелся гвоздем по стеклу.
– Постой, – влез в разговор Максим. – Это что, был большой секрет? Мне нельзя было никому говорить, что я подарил Наденьке ночь любви? Эй, да ты стала смелее, раз притащилась сюда.
– Парень высвободился из рук блондинки и направился к нам.
Шаг. Два. Три. Достаточно быстро сократив расстояние, он потянулся к Наде, грозно поджав губы. Девушка дернулась и спряталась за моей спиной."
"– Ну! – прикрикнул Максим. – Говори, не просто же так пришла. Мы все послушаем.
– Да пошел ты! – процедила Надя. – Мне стыдно, что столько лет любила тебя. Ты просто кусок дерьма.
– Что ж тогда ноги раздвигала перед куском дерьма? – он не сводил взгляда с Нади, словно одновременно жаждал раздеть и впиться страстными поцелуями и в то же время припечатать ее к стенке. Самый настоящий абьюзер, поняла я, такие только и делают, что самоутверждаются за счет слабых, вроде Нади. – Так возбудилась, девочка?
– Отойди от нее! – раздался позади нас глубокий мужской голос. Я оглянулась и заметила высокого худощавого брюнета.
