Не хватало еще, чтобы Левакова избили.
– Пожалуйста, Антон, – я перевела умоляющий взгляд на парня, ощущая, как по щеке покатилась слеза. – Прекрати!
– Убери от него свои руки, – прошипел Леваков. По его лицу бегали желваки. Казалось, он едва сдерживался, чтобы не начать вновь дергаться и кричать.
– А вон и «Скорая», – сообщил другой охранник.
Все словно ожили, начали подниматься, суетиться, Света даже подбежала к Максиму, хотя до этого к его обмякшему телу никто не приближался.
Желтая машина с надписью «Реанимация» остановилась у железных ворот, и несколько фельдшеров выскочили из нее, устремившись к пострадавшим.
Они осмотрели ребят, проверили пульс и зрачки.
– Жив! – сообщила женщина-врач, осматривавшая Макса. Я с облегчением выдохнула и наконец отпустила руку охранника.
– Второй тоже дышит. Андрей, давайте носилки!
Из автомобиля «Скорой» вышел высокий жилистый парень, открыл дверцы и вытащил носилки.
– Я с вами, можно? – слезно попросила Надя.
– Надя! – прорычал Леваков, но девушка его не слушала.
Она немного отошла от Кости, позволив уложить его на носилки, а затем с каменным лицом прошла мимо нас и уселась в машину «Скорой помощи». Максима тоже погрузили, но сопровождать его никто не вызывался. Даже блондинка, которая так и липла к парню, подобно жвачке, лишь скривилась и ушла обратно в беседку. Видимо, любовь закончилась раньше, чем началась.
– В какую больницу вы их повезете? – крикнула я вдогонку.
– В первую, в травматологию, – сообщил медработник, и двери авто захлопнулись.
«Скорая», вместе с плачущей Надей, отправилась в город.
Как только пострадавших увезли, охранники отпустили Антона, приказав, чтобы через пару минут и духа нашего там не было. Детишкам тоже посоветовали не задерживаться и даже потребовали возместить ущерб за испорченное настроение других отдыхающих."
"Я не знала, что делать дальше и как выбираться из этой глуши. Решив попытаться вызвать такси, я вытащила из кармана телефон, но Леваков неожиданно схватил меня за руку и потащил за собой. Его горячие пальцы крепко впились в мое запястье, прикосновение словно обожгло кожу.
Едва поспевая за парнем, я засмотрелась на спину Антона. Сердце в груди забилось быстрее.
Возле черного джипа у ворот Леваков остановился, открыл пассажирскую дверцу и практически силой запихнул меня внутрь. Он ничего не спрашивал, я в свою очередь ничего не говорила. Сев за руль, Антон молча завел двигатель, дал по газам, и мы поехали в неизвестном направлении.
Я отвернулась к окну.
