Грудь переполняло новое и непонятное чувство. С одной стороны, я должна была ликовать, ведь каждая моя реплика цепляла Антона, напоминала о его унизительном поступке. С другой – мне совсем не нравилось быть такой жестокой. Я чувствовала себя стервой. Мне хотелось просто желать ему хорошего дня, улыбаться и задавать глупые вопросы. Хотелось продолжать мечтать, что однажды он заметит меня, пригласит на свидание. Мы будем гулять по скверу, держаться за руки, болтать и смеяться, а когда сядет солнце, спрячемся под высокой пышной елью, и от наших поцелуев будет кружиться голова.
Этот парень стыдился своих чувств. Стыдился меня. Того, что я порождала в нем. Но почему мне до чертиков хотелось и себе, и ему дать второй шанс?..
Глава 17
Антон
Вылетев из подъезда, Антон сел на байк и дал по газам. Только спустя почти час он остановился, чтобы отдышаться. Он не понимал, почему взбесился. Подумаешь, Снегирева пойдет на вечер с каким-то придурком Гришей, парнем, о котором грезит ее мать. Подумаешь, они будут танцевать, а может, после у них что-то и… Только Левакову не хотелось и в мыслях близко представлять «что-то после».
Совсем недавно Антон мечтал отрезать назойливый хвостик, а теперь что получается? Хвостика уже нет, и можно радоваться, но не получается.
Злость кипела в венах, а в глазах сверкали яркие искры. Леваков плюнул на все, позвонил Шестакову и пригласил прогуляться вместе, поговорить.
Парни встретились в парке, поднялись по каскадной лестнице и прошли мимо беседки, где красивые девчонки делали селфи, громко смеясь и не стесняясь строить глазки им.
Шестаков, как и сам Антон, всегда привлекал девушек. Однако оба сегодня не были настроены на женское внимание.
– Может, туда пойдем? – предложил Витя, махнув рукой в сторону какой-то тропинки.
Леваков кивнул, и они прошли вдоль склона, наблюдая, как садилось осеннее солнце. Малиновые всполохи окрашивали небо и крыши домов, которые отсюда казались маленькими картонными коробочками. Одинокие березы словно перешептывались, шелестя листвой, а прохладный ветер задувал под одежду.
Парни уселись на плоский камень, непонятно откуда взявшийся на самом носу склона.
– Да уж, дожили. Кстати, кто та девушка? Ну, из кофейни, – спросил Антон.
– Тихая мышка, которую я зажимал по углам, – с улыбкой ответил Витя. – Вот как ты Снегиреву.
– Что? – засмеялся Антон, но прозвучало как-то истерично. – Я не зажимал ее никогда.
– Ну да, – кивнул Шестаков.
