– Что такое? А что это у тебя в руках? – Леваков вырвал у меня из пальцев листок, внимательно посмотрел на него, а затем перевел взгляд на меня. На короткое мгновение мне показалось, что Антон лишь изображает удивление. Может, это, конечно, мои предрассудки и разыгравшееся воображение, но ситуация в целом выглядела необычной изначально.
– Адрес, – спокойно ответила я. – Писатель уже уехал. Теперь он в каком-то монастыре. Ты не знаешь, кстати, где это место находится?
– У подножия горы, рядом с ромашковым полем.
Я был там один раз с родителями. Только это не монастырь, а буддийский храм."
"– Вот как? – теперь уже я изобразила удивление, хотя не была особо удивлена. Прищурившись, мысленно усмехнулась. Вот если сейчас попрошу отвезти и Антон согласится, значит, тут точно что-то не чисто. – Не сможешь меня подбросить?
Я завела руки за спину и посмотрела на него так, словно маленький ангелочек. В детстве этот взгляд прокатывал, когда надо было у папы что-то выпросить, он никогда не мог устоять.
Антон задумчиво провел пальцем вдоль подбородка, а потом согласился. Что и требовалось доказать. Правда, я пока не поняла, что именно, но сомневаться не приходилось – Антон явно имеет отношение к этому писателю. Мое женское чутье редко подводило.
В итоге мы поехали вместе по новому адресу. Любопытство сгубило кошку, но не меня, по крайней мере, пока. Дорога заняла минут тридцать, и я вновь прижималась к спине парня, от которого в животе вспыхивали бабочки и начинали забавно порхать.
Находиться рядом с ним было приятно, вдыхать его запах, ощущать тепло, чувствовать, как его грудь напитывается кислородом.
Дорога медленно уводила с городской трассы в сторону горной. Пейзажи сменились. Пропали высокие здания, шум машин, светофоры, зато появились звуки леса, пение птиц и шелест листвы. Серость улиц сменилась яркими золотыми красками.
В воздухе стоял запах грибов и осенних цветов, а шапки деревьев так и переливались, словно вырядились на карнавал.
Подул прохладный ветерок, и я еще сильнее прижалась к спине Антона. Наконец мы остановились у одной из обочин со знаком парковки, где уже стояло несколько иномарок. Видимо, проезжая часть заканчивалась здесь. Антон заглушил двигатель, а я замерла, разглядывая, как кружит листва, словно с ней кто-то играет.
