Любовь на сладкое

— Холодно? Сейчас включу обогреватель.

— Не нужно, все хорошо! Здесь так красиво!

— И вкусно. Специально для тебя шеф «Али» приготовил то, что ты больше всего любишь.

А ведь он прав — я только сейчас замечаю на столе мои любимые брускеты с красной рыбой и паштетом из тунца, салат с бакинскими помидорами и итальянской бурратой. А еще много-много зелени и горячие сырные лепешки.

— Откуда? — Вот и все, что я могу сказать! Понятия не имею, как он все это разузнал. Не у мамы же. Она вряд ли в курсе.

— Мне сказали, что я не косякну, если закажу вот это.

И не обманули! — Слышу в его голосе чисто мальчишеское самодовольство.

— Так кто? — С любопытством рассматриваю блюда. Так вот, значит, какой ты, «Али»? Сам ко мне пришел. Что ж, давай знакомиться.

— Должна же быть польза от Дудкина. Он дал мне телефон твоей мачехи.

— Оксанка меня сдала? — Я даже отдернула руку от ароматного кусочка сырной лепешки, которая уже обосновалась на моей тарелке.

— Позволь я положу тебе салата.

Марат не торопится отвечать на вопрос.

Довольный такой, что меня удивил. Так здорово — вот такая искренность и естественность меня всегда в нем подкупала. Когда Марат Бухтияров в отличном настроении, он способен обаять даже дьявола.

— И что она еще про меня рассказала? — Уже представляю, что скажу мачехе, как только доберусь до телефона. Но это точно будет не сегодня!

— Что ты замечательная и мне очень повезло. Но я знал это и так.

— Не все согласятся с тобой, но мне очень важно, что ты так думаешь.

— Кто со мной не согласен — это его проблемы, Люба.

 — Что-то в голосе Марата заставило меня напрячься и внимательно посмотреть на парня.

— Ты о чем?

— Я о том посте, который вчера появился в студенческом паблике. Как я понял, ты его видела, но если не хочешь о нем говорить — я пойму.

— Нет. Я хочу. Рассказать тебе об этом дневнике.

Глава 48

Вот я и сказала Марату про дневник. Как-то неожиданно получилось, словно само вырвалось из меня, но так даже лучше. После этих слов я будто ближе к нему стала.

— Не волнуйся.

 — Он накрыл мою ладонь своей. — Я знаю, кто опубликовал этот пост и у кого твой дневник. И я его найду и верну тебе."

"— Нет! Не надо! — От мысли, что Марат может прочитать мои записи, внутри все похолодело. — То есть… ты видел пост в «Трынделке»? Но ты же ничего не сказал ни утром, когда мы разговаривали, ни днем, когда приехал!

О еде в момент забыла. Неужели права Инка оказалась и это Марат заставил убрать ужасный пост из паблика?

— Видел, конечно.