Звонил, забросал сообщениями, пока не увидел записку на холодильнике.
Вот тогда чуйка и сработала, но кто ж ее послушал? Никто.
Зато в холодильнике оказалось полно еды, домашней. Готовить у меня некому кроме Ангелины, значит она. И следом дошло, что это она ужин готовила. Для меня. А я Ритку ебал.
Пиздец.
Если Ангелина с выходных не вернется, правильно сделает. Придется силой тащить, я эти два дня без нее еле прожил. Тренировки выручили, но не могу же я сутками из зала не вылезать. А дома так пусто, что эхо по квартире от каждого шороха разлетается.
Как я без нее раньше жил? Хз.
Ангелина позвонила и стала быстро-быстро говорить, что они с подружками в левом клубе в ебенях. Закрылись в туалете, потому что их хочет силой увезти местная гопота.
Фарид, сын прокурора. Знаю я этого гондона. Папашка его не целый прокурор, а помощник прокурора в районной прокуратуре. Пусть только квакнет, его сынок завтра же сядет за хранение и распространение наркотических и психотропных средств. От трех до восьми лет.
Папа-помощник прокурора не спасет, потому что районная прокуратура и Генеральная это немного разные структуры. А как раз в последней служит отцовский хороший друг.
Я угадал, клуб реально дешманский. Оставляю машину прямо у входа, подхожу к двери. На дверях замерли два борова. Иду дальше так, будто их нет.
— За вход платить не собираешься? — интересуется первый. Второй при виде меня расширяет глаза и дергает напарника за руку.
— Сань, это же Демон…
— Слушайте сюда, — говорю доверительно, — там от вашего уебка Фарида в туалете моя девочка прячется.
Если вы меня не впустите, через полчаса здесь будет спецназ, а вы пойдете искать работу. И я клянусь, что вас не возьмут охранниками даже в супермаркет. Я бы предпочел, чтобы вы помогли, но согласен, если вы просто не будете лезть."
"Боровы переглядываются и по очереди решительно кивают. Пропускают меня внутрь, я бегу по коридору к туалетам. Вижу трех отморозков, навалившихся на дверь.
Одного разворачиваю к себе за вывернутый локоть, беру за уши и насаживаю на колено.
Сначала пахом, потом солнечным сплетением. Второго оттягиваю за руку и как консервную банку на веревке швыряю об стенку.
А теперь Фарид. Согнутым локтем в кадык и в стену.
— Ты что, охуел, Демон? — хрипит он. — Пусти…
— Там, — показываю на дверь, — моя девочка. Ты ее напугал. Если ты ее еще где-то увидишь, перейдешь на другую сторону улицы, понял?
— Да понял, пусти…
— Он правда Демон? — хрипит под стенкой его дружок.
