Любовь не продаётся

— Ну, смотри сам, — я покачал головой, — а если начнут вдруг давить на семейные ценности, то Бог с ними с этими деньгами. — У тебя еще два клуба есть.

Эндар снова шумно выдохнул и вложил руки в карманы брюк.

— Разберемся, — решительно произнес он. — Не так все просто. Сам как? С Женей виделся?

— Она дочка Кассиана, — вот так с размаху огорошил я его.

Эндар же лишь слабо кивнул в ответ.

— Я в этом уже и не сомневаюсь.

— В смысле?

— Пока она в больнице лежала, я подослал медсестричку, она взяла у нее кровь, — я смотрел отупевшим взглядом на друга.

Но знать точно и предполагать было конечно разными вещами. Такое положение дел полностью меняло ход всех событий.

— Да уж. То пусто, то густо…

— Что? — снова непонимающе на него посмотрел.

— Да, я это про себя. То тихо все было, то с клубом теперь эта морока и с Женей, что делать не представляю. Как ей обо всем этом сказать и говорить ли…

— Мать ей сама рассказала, что ее родной отец — твой родной брат, — Эндар замер на месте и на мгновение мы поменялись с ним местами, он сканировал меня внимательным взглядом.

— Вот прямо так и рассказала?

— Я свидетелем не был. Отловил ее вчера на остановке у дома. Сидела вся потерянная и забитая. Домой идти сначала не хотела.

— Фух, — Эндар отошел к окну. Мышцы на его спине поигрывали. Он был одет в белую майку и спортивные брюки. — Ума не приложу, как теперь быть.

— Марина знает? — зачем-то спросил я.

— Нет, пока ничего ей не говорил, — он сел за большой стол, на котором был исключительный порядок. — А сам? Когда обратно в Москву? — спросил Эндар, а мыслями находился совсем в другом месте, нервно теребил ручку в руках и смотрел на меня потухшим и уставшим взглядом.

— Не знаю, — не хотел уезжать от Жени, но говорить об этом Эндару не стал и афишировать то, что испытывал к этой девушке.

— Может быть, вы придете в гости на днях? Я так понимаю, вы начали встречаться? — он внимательно посмотрел мне в лицо.

Я пожал плечами, затем запустил пятерню в волосы, отворачиваясь от Эндара и начиная нервно мерить комнату шагами, будто он меня попросил о том, чтобы забыл о той навсегда.