Любовь не продаётся

Я столько всего пережила за одну ночь, что сейчас воспринимала все будто сквозь какую-то призму. Наверно, останься я в Волгограде и за десять лет прожила меньше драмы, чем пережила за одну ночь. Но только сейчас осознав, что могла не выйти из следственного изолятора и на много лет повесить на себя клеймо преступницы и судимость, мое тело забило дрожью и я выпрямилась, намереваясь собрать вещи и уйти из дома Артема.

— Я не хочу принимать скорых решений, но я больше не хочу и не могу оставаться в твоем доме после всего того что… — я запнулась смотря в лицо Артема, как он медленно наступал на меня, а я шла назад пока не уперлась спиной в стену.

Все. Отступать больше было некуда. Артем испепелял меня устрашающим взглядом и молчал. Эта тишина и звук бешено колотящегося сердца внутри моей груди были похожи на пытку.

— Ну, продолжай, — тихо попросил он, расправил широко плечи и смотрел на меня сверху вниз, заявляя о своем преимуществе. — Я хочу услышать твою версию произошедшего, и потом расскажу тебе как все случилось на самом деле.

— Я не хочу, — сдавленно проговорила я, ощущая себя низко, чтобы говорить о том поцелуе Артема с чужой женщиной, о Лериной провокации, и я хотела забыть об этом и не вспоминать. Как можно быстрее. А ещё смыть с себя этот вечер и ночь.

По лицу Артема ходили желваки, он смотрел мне в лицо решительным взглядом и держал в импровизированной ловушке. Даже если бы захотела сейчас уйти, то куда бы пошла? На вокзал? А может быть стоило напоследок поговорить и как знать, возможно, я переменю решение и останусь? Взгляд Артема был честным и искренним, решительным и твердым.

— Ну, тогда начну я? — тихо, но твердо говорил мужчина.

Я лишь сглотнула нервный комок и опустила глаза не в силах изменить своего чувства к Артему. Прямо сейчас я была готова броситься в его объятия, чтобы почувствовать себя в безопасности. Внутри я ему верила, с самой нашей первой встречи мне казался этот человек особенным, и даже сейчас, пережив все плохое, я не могла вот так просто переменить этого решения…"

"Артём коснулся рукой моего лица, а я дернулась как от удара, не ожидая с его стороны такого шага.

— Я недооценил Леру. Да что там — представить даже не мог, какая она оказалась двуличная… — Артём осекся, он редко позволял себе грубые ругательства в моем присутствии.