Любовь не продаётся

Чувство было похожее на то, как будто я парил в воздухе с большим грузом за спиной, взмахивал крыльями, чтобы воспарить выше, но вот этот самый груз тянул к земле. И лететь получалось не так-то легко, но ощущение полета и свободы было все таким же неимоверно захватывающим.

— Артём! — послышался обеспокоенный голос в трубке, а я невольно вспомнил об отце. — Ты где? Что случилось?

Наверно, он бы с такой же заботой и участием в голосе со мной сейчас говорил. Но прогнав все мысли о прошлом и родителях прочь, взял себя в руки.

— Ничего, все живы, — отозвался я. — Те отморозки, на которых вчера тебе жаловалась Женя — твоя танцовщица из клуба — это я был тем человеком, что помог ей и маленькому мальчику. А сегодня эти подонки, видимо, снова пришли в клуб. Меня признали. С ножом начали кидаться.

— А Женя? Охрана доложила мне, что девушка была ранена, а ты говоришь, что нападали на тебя? — по интонации голоса я понял, что Эндар в замешательстве и сильно взволнован.

 — Позвонил Артур, сказал, что Женя набрала ему, просила, чтобы он брал ребят и бежал на парковку, на друга Эндара напали какие-то мужчины с оружием. Те уже прибежали и скрутили их по факту. Видимо ты, сам их раскидал к тому времени? Но с Женей что? Ее задело? Она зачем ввязалась? Вы где?

— Задел ее один из тех ублюдков. Я отвёз Женю в больницу. Она сейчас в операционной, — говорил я, а сам чувствовал как трясти опять начинает от злости.

— Что? — повысил голос Эндар. — На хрена она полезла? — он грубо прокричал в телефон, а затем раздосадовано выдохнул.

 — Ты куда, мать твою, смотрел?

Сам бы хотел у нее спросить, — но озвучивать не стал. Просто промолчал, потому что какой теперь толк переливать из пустого в порожнее, когда дело уже сделано. Не досмотрел, не успел. Все. Ничего уже не вернуть.

— Ну, в общем, парни мои подонков скрутили, кто-то из прохожих вызвал полицию. С Женей это дело нужно замять, не стоит её таскать по участкам. Ты сам как? — смягчился Эндар.

А меня полоснуло за живое, как он вдруг рьяно кинулся на защиту девушки.

— С чего вдруг такая забота? — спросил я, сплевывая на землю.

В руках у меня оказалась моя рубашка, и я со злостью натянул ее на тело.

— Ну как… вроде не чужой ты мне… — в голосе Эндара послышалось замешательство.

— Я не себя имею в виду. О девчонке чего так печешься? Ноги раздвигает перед тобой?"

"Другого варианта в эту минуту и не нашлось.