Любовь не продаётся

"

"А сам сидел и смотрел на сонных прохожих, которые походили на зомби. Они торопились по делам, половина так точно шла на автомате, словно роботы перебегали дорогу на зеленый свет, замирали на красном.

— Клуба? — переспросила женщина, повысив голос.

Но тут же снова осеклась. А я увлекшись своими наблюдениям за людьми, не заметил удивления в женском голосе.

— Диктуйте адрес больницы, я отведу сына к соседке, а сама отпрошусь с работы.

На том конце связи я услышал тоненький голосок и лепет.

— Миша, сынок, подожди, — просила женщина мальчика не мешать ей, пока я на автомате говорил адрес, а сам сопоставлял все слова и факты.

Во второй раз за эти нескончаемо долгие сутки я чувствовал, как спотыкался мой мозг. Как на высокой скорости я врезался в преграду. Несколько слов — БАМ! — и ты ощущаешь как кто-то взорвал внутри твоей головы атомную бомбу и тонны пепла оседают в мыслях.

— Миша? Это ваш сын? — спросил я.

Нечего не понимал. Ведь Женя говорила, что Миша — это ее сын, разве нет?

— Да, — ответила женщина и кажется не придала моему вопросу должного внимания.

Связь давно уже разъединилась, а я все сидел с прижатым телефоном к уху, и думал о том с какой все-таки двуличной, и в то же время отчаянной девушкой столкнула меня судьба. Жаль, у меня нет времени разгадать всех ее тайн, завтра я должен быть уже в Москве, а там… Будь что будет. Лишь бы оклемалась. На крайний случай, мои дела не вечные, а после я собирался вернуться в Волгоград, чтобы решить вопрос с родительским домом.

В телефон Жени я внес свой номер и совершил с него дозвон на свой сотовый, сохраняя эти десять цифр в телефонную книгу. Не знаю зачем это делал, но был уверен, что позвоню.

Не помню, как добрался до больницы, как дошёл до регистратуры. В руках я держал Женин рюкзак. Мне сообщили, что девушка находится в реанимации, ее прооперировали и она ещё не пришла в себя. Прогнозы давали благоприятные. И на том спасибо. Все-таки вся жизнь у девушки еще впереди. Я оставил ее вещи у медсестры и со спокойной совестью, но с огромным камнем на сердце покинул стены больницы.

Я мечтал умыться, принять душ, позавтракать и лечь спать. Хотя бы на пару часов. Потому как не представлял, как поеду с такой головой в Москву. Такое чувство что по мне самосвал проехал и сравнял меня с землёй. А вместе со мной и все мои чувства. Я был эмоционально и морально опустошен, испит до дна и обессилен.

Захватывающее возвращение на малую родину. Ничего не скажешь.

12 глава.