И теперь, кажется, храму не надо больше продолжать настойчивые поиски – думаю, я нашла верный ответ.
– Что с моими сестрами? – отрывисто спросила, буравя нелюдя настороженным взглядом.
Мужчина едва заметно пожал плечами.
– Они живы, здоровы, но ограничены в перемещениях, поскольку не смогли выполнить ту работу, для которой я их нанимал.
– Белые ведьмы служат только богине, – сухо отчеканила я, едва сдерживаясь, чтобы не сказать какую-нибудь гадость.
– Как правило, да. Но согласись: когда дело касается жизни и смерти, стоит пойти на небольшую уступку?
Я сжала челюсти.
– Что вам от нас нужно?
– Одна небольшая услуга, после выполнения которой вы все вернетесь домой. Твои сестры не смогли мне помочь, поэтому мои воины привели тебя. Если с этим не справишься ты, я найду кого-то еще. И буду искать до тех пор, пока не достигну желаемого. Или пока ваша верховная ведьма-настоятельница не согласится прийти сюда ради вас.
– Зачем она вам? – тихо спросила я, опасно балансируя на самом краю площадки и готовясь сорваться вниз, если нелюдь потребует что-то запредельное.
Например, выдать настоящее имя наставницы. Или использовать доставшуюся мне благодать не по назначению.
– У нее есть то, что нужно мне, – спокойно отозвался моран, пристально глянув мне прямо в глаза.
В этот момент я все-таки пошатнулась и, неловко взмахнув руками, едва не сверзилась вниз. Но повелитель молниеносным движением оказался рядом, уверенно перехватил меня за талию и не позволил упасть.
– Не делай глупостей, я все объясню, – так же спокойно предложил он, словно ничего не случилось.
– Если, конечно, ты не передумала убиваться и согласишься выслушать меня до конца.
Когда все тот же «мураш» открыл незнамо какую по счету каменную дверь, я благодарно кивнула и без опаски вошла в незнакомое помещение.
С повелителем Таалу мы все-таки договорились: он милостиво дает мне время собраться с мыслями, а ровно через два часа я возвращаюсь, чтобы получить ответы на свои вопросы.
С его же разрешения мне выделили гостевые покои, куда я только что заявилась, приличную охрану, которая состояла аж из четырех молчаливых «муравьев» и тащилась за мной вплоть до этих дверей.
А еще сюда успели перенести все мои личные вещи, включая дорожный мешок, запасной плащ и даже… хвала матери-богине… любимую метлу, которая сейчас смирно стояла в уголке.
Увидев старую, потрепанную жизнью боевую подругу, я окончательно успокоилась. После чего оглядела выделенную повелителем комнату.
