И на какой бы стороне я не выступила, исход один, кто-то из них победит и поработит вторую страну. Переоценивают они мои силы. Ох, переоценивают.
***Оскар Реджинальд Ривз
Я вернулся от демонов и упал в кресло. Переходы на большие расстояния с пробиванием демоновых защит, отняли много сил, я был выжат и истощён. Закрыл глаза, потихоньку восстанавливаясь. Если бы не ошейник, вряд-ли бы смог пробиться. Теперь я радовался, что был рабом моей человечки, хотя и перестал искать способы избавиться от него.
— Где она?! — ко мне переместился Рафаэль и навис сверху
— Понятия не имею, — вздохнул я и посмотрел на брата.
Я никогда не врал ему, где-то не договаривал, но и он не спрашивал, зная специфику моей работы. И вот этот день настал, я смотрел в глаза родного эльфа и придумывал легенду.
— Неужели ты думаешь, я не смогу отличить твоё вранье, — злился Раф
— Ты же понимаешь, что я не могу сказать тебе, — устало ответил я, — она цела и невредима, это всё, что тебе следует знать.
— Опять твои игры, Оскар, — Раф, схватил меня за грудки и поднял. — если с ней что-то случится, ты потеряешь меня, навсегда.
— Раф, я бы не оставил её одну, ты знаешь, ей ничего не грозит, я дал ей артефакт перемещения, она в любой момент переместится ко мне, — делал я вялые попытки отцепить его руки.
— Какой артефакт? Она уравнитель! — проорал Рафаэль и швырнул меня обратно в кресло
— А то я не знаю, что она уравнитель, — разозлился я, вскакивая
— Ты идиот Оскар, почему ни один из вас не возьмётся прочесть историю, — Рафаэль злился сильнее, он с легкостью отшвырнул сервант об стену и продолжал крушить мебель в моей гостиной.
— Да, о чём ты говоришь, — заорал я, пытаясь привлечь внимание брата
— На уравнителя не действует магия, ни зелья, ни артефакты, ни ошейник, — ответил брат, ставя меня в тупик.
Я упал обратно в кресло и закрыл в ладонях лицо. То есть, даже если бы я надел на неё рабский ошейник, то всё равно не смог бы подчинить.
Раф прав, я идиот. Меня накрыл приступ, я громко засмеялся, испугав брата. Зато он перестал крушить комнату и подбежал ко мне.
— Скажи мне, где она, Оз, — он обнял и прижал мою голову к своей груди, — Оз, она моя жизнь, просто скажи, у каких демонов моя девочка.
Я продолжал смеяться, не мог остановиться, из-за своей глупости и по незнанию, я наломал дров, облажался. Рафаэль оторвал меня от своей груди и, размахнувшись, ударил в челюсть.
