А над головой светлый с чёрными прожилками купол. И нет, темно не было, солнечные лучи пробивались сквозь купол и согревали земли Варипы. Глубоко вздохнула теплый, наполненный запахами цветов и травой воздух и решилась. Была не была, в самую гущу событий, если и король меня разочарует, вернусь в Ирней и отправлюсь в мертвые земли, как и подсказывали мои звёздочки. Я чувствовала, что мы с магией наконец договорились, от этого даже накрыла лёгкая эйфория или от цветочных запахов? Не суть, вперёд Элли по дороге из красных кирпичей.
Я прогулочным шагом направилась вперёд, вертя головой. Где-то вдалеке возле деревянных домиков, я видела женщин и детей. Кто-то развешивал белье на веревки, кто-то шёл с корзинками, по своим делам. Они казались беззаботными и совсем не забитыми. Таким темпом я дошла до двухэтажного дома. Дворцом сложно назвать сие строение. И вооруженной охраны нет. Может я не в ту сторону шла? Я повертела головой. Может переводчик барахлит.
— Что нужно? — спросила меня женщина пред пенсионного возраста, выглянув из окна.
— Поговорить с королем, — сказала я
— Он не принимает, — буркнула женщина и стала закрывать окно
— Стойте, я от Людовика, — крикнула я
— Подожди я спрошу, — сказала женщина — Ирвин
Она оставила окно в покое и пропала внутри дома. Странный король, живёт в обычном двухэтажном особняке, ну кто я такая, чтобы судить. У нас вон, премьер министр Лондона ездит на метро.
— Заходи, — махнула женщина из окна
Я прошла небольшую лужайку и открыла входную дверь.
— Стой, — остановила женщина и направила на меня поток воздуха
— Что вы сделали? — спросила я
— Почистила твою одежду от грязи иди на второй этаж и налево, последняя дверь, — отправила меня домоправительница.
Я поблагодарила женщину и побежала по указанному пути.
Домик был довольно просторный, светлый и чистый. Без излишеств. Ковровая дорожка на полу, красного цвета, стены светло бежевые, пара картин природы. И один стеклянный шкаф с какими-то артефактами и камушками. Я дошла до белой двери, вытерла вспотевшие ладошки об форму демоновых боевиков и постучалась.
— Проходи дитя, — услышала я и открыла дверь.
В просторной светлой комнате, на большой кровати лежал мужчина. Он был довольно молод для умирающего старика. Я бы дала ему лет 40–45. Седые короткие волосы, были аккуратно причёсаны на правый бок и лежали волосок к волоску. Сам мужчина лежал ровно на спине, вытащив руки поверх одеяла. Он повернул ко мне голову и взглянул, своими черными как смоль глазами.
