— Мы куда? Зачем? Паш! — возмущалась я, но вяло, потому что против Носорога, как говорится, не попрешь.
— Давай пожрем где-нибудь, потом заедем, купим тебе купальник, у Ремнева там банный комплекс нехилый, говорят, а потом я тебя вы*бу на колесе обозрения. — Спокойно, словно надиктовывая мне задачи на день, ответил Паша, ни разу не сбившись с дыхания, хотя я упиралась всеми ногами в землю, силясь его остановить. — Вопросы? Предложения? Возражения?
Я не смогла сразу сформулировать внятные вопросы, что уж говорить о предложениях.
А возражения сводились к горестному воплю:
— Да ты рехнулся!
Но даже его я выдать не успела.
Паша удовлетворенно кивнул:
— Вот и отлично. Поехали.
И мы поехали. Претворять его плановые наброски в жизнь. И я не возражала больше. А что тут возразишь?
30
Паша Носорог"
"Паша выключил воспроизведение с камер наблюдения на своем ноутбуке, и перевел взгляд на смущенно молчащего Батю. Сказать хотелось много чего. Но как-то даже слова слегка подрастерялись от наглости. Потому что заниматься сексом прямо в приемной генерального директора… Это, бл*, феерическая наглость.
И еще большая наглость — не выполнять прямых распоряжений генерального директора, запрещающих трахать его секретаршу прямо на ее рабочем месте. Да и вообще, где-либо, бл*!
— Кто меня слил? — наконец-то прорезался вопросом Батя. Неправильным вопросом.
— А тебя только это еб*т? — Паша отошел чуть в сторону, потому что искушение засветить по наглой физиономии было нереально серьезным. Мог и не сдержаться.
Раньше бы вот точно не сдержался. Батя должен благодарить казачку день и ночь, что у Паши настроение благодушное после командироки.
Хотя, в первый рабочий день получить такой подарочек себе на ноут, это, конечно, за гранью добра и зла.
— В основном, да, — старый наглец даже особо не стыдился. Так, только в самом начале просмотра, когда во всей красе свою голую жопу, вбивающую несчастную Соньку в стол, рассматривал.
— Бать, я что, мало плачу? — Паша отошел к окну, закурил. Настроение, несмотря на утренний подарочек, было хорошим.
В основном, потому, что буквально через три двери сидит его казачка. Губки свои пухлые прикусывает, глазки лисьи щурит. Надо бы ее в обед к себе пригласить… Пообедать. Но не пойдет. Условие выставила, коза вредная. На работе никаких обедов. Только после. Такие ограничения Паше совершенно не понравились, потому что за неделю командировки он уже привык к ее постоянному присутствию везде. И наивно думал, что так теперь и будет.
