Валгаров рассчитывал, что его мысли будут заняты другим, а не колдовскими глазами и их обладательницей.
В груди нарастал неприятный жар. Зуд. Нестерпимый и чертовски неприятный.
И даже заточенный на ярости, ненависти и мести пар, спущенный в подвале, не угомонил его.
Булат постоянно, каждую долбанную минуту помнил, что Савелий уехал к Виктории.
Проверил он себя. Удостоверился, что называется…
И легче не стало.
Наоборот.
Теперь его крутило и сдавливало невидимыми тисками. Спираль, что с недавних пор появилась у него в груди, сжималась всё сильнее.
Она рано или поздно сдетонирует, вопрос лишь в том, в какую сторону она полетит и кто в итоге пострадает.
Булат обтер руки и повернулся к безопаснику.
- Нет.
Мирон примиряюще вскинул руки кверху.
- Понял.
Валгаров хищно усмехнулся. Понял он, как же. Это сейчас Скиф ходит расслабленный и довольный, потому что Лида стала его женой, живет под одной крышей с ним и носит под сердцем его ребенка. Он утихомирил своего зверя, что терзал его многие годы.
А вот Булат с этим зверем только знакомится. И знакомство выдается откровенно хреновым. Ревность била наотмашь, не жалея, подчиняя всё на своем пути. Она оказалась прожорливой тварью, не поддающейся контролю и дрессировке.
И сейчас она пожирала его изнутри. Медленно, неотвратимо.
- Как отдохнул, Скиф?
- Шикарно.
Булат повернулся к безопаснику.
- Я проверю вторично остаточные следы, - сказал Мирон. – К кому они тянутся.
- Проверь, - устало согласился Булат.
Мужчины прошли в гостиную, хозяин дома достал графин, куда ранее был перелит коньяк.
- Выпей со мной.
Мирон сначала хотел отказаться, потом кивнул.
- Хреново выглядишь, Валгар.
- Я и чувствую себя так. Элю надо в клинику, уже звонил в Израиль.
- Они по-прежнему говорят, что её немота не врожденная?
- Нет.
Мужчины выпили и неспешно продолжили разговор. Булат то и дело посматривал на часы.
Много времени прошло… Очень. За это время можно черт знает сколько проехать и вернуться назад. А до дома Колдуньи всего три часа хода!
Какого черта…
- Вот это льет, - одна случайно оброненная Мироном фраза, и Булата мгновенно скручивает, выталкивает на новый уровень эмоций.
Он подался вперед, впиваясь взглядом в окно.
Метеорологи говорили, что ливневые дожди придут не раньше, чем завтра. Булат точно знал, что в районе, где проживала Виктория, плохо обстоят дела с дамбой и прочими укреплениями – примерно месяц назад к нему приходили люди из администрации и просили помочь.
