Во все другие стороны расстилалось травяное море, и она поехала прямо по нему.
Лето уже вошло в полную силу. Благодаря теплу и своевременным дождям зелень вымахала сочная и высокая, и девушка с беспокойством заметила, что колеса велосипеда и тележки оставляют в разнотравье четкий след. Нет, все эти сорняки, конечно, выправятся, но когда это произойдет? До того, как ее начнут искать или уже после? Второго очень не хотелось бы, поскольку тут и нюх не нужен — все перед глазами.
Татьяна остановилась и задумалась — что ей делать? Потом вернулась назад и поехала вдоль реки в противоположную от Голышево сторону.
Бабушки говорили, что в десяти километрах отсюда поселок Каменка. Или село? В общем, не суть важно. Главное, рядом с этим населенным пунктом находится трасса. Если кто-то сможет глазами проследить ее путь до шоссе, то на асфальте уже ничего не увидит. Сама же она выедет на дорогу и некоторое время проедет по ней, а когда найдет какую-нибудь колею, ведущую вглубь заброшенных земель, то свернет.
Был вариант, что никакой старой дороги она не найдет, но тогда просто повернет и поедет по целине. Отследить ее после трассы будет сложнее, чем, если бы она проложила колею сразу от мостика.
Чутье для оборотня, это как для человека — зрение. Татьяна чувствовала себя, будто идет с закрытыми глазами — пока обрабатывала колеса бензином, вдохнула достаточно, чтобы ее нюх временно перестал работать.
Серая сначала долго чихала, потом просто легла, уткнув нос в лапы.
— Потерпи, девочка, — пробормотала Таня.
— Нам обеим нелегко, но иначе было нельзя.
Серая пару раз хлопнула хвостом и глубоко вздохнула.
Если человеку резко в глаза включить мощный прожектор, он испытает очень неприятные ощущения и на какое-то время потеряет возможность видеть. Действие бензина на чувствительное обоняние волка примерно похожее, поэтому Серая чувствовала себя неважно.
На велосипеде Таня не ездила уже лет десять точно, но, как говорится, если раз научился, больше не забудешь.
Потихоньку сильнее и сильнее припекало, захотелось пить и вообще слезть уже с неудобной, ёрзающей седушки. Стиснув зубы, девушка нажимала на педали, высматривая более ровное направление. Уже скоро — она слышит гул машин.
Каменка вытянулась вдоль шоссе километра на три. Собственно, трасса разрезала деревню на две части, и вся жизнь жителей крутилась вокруг дороги.
Мужчины работали на двух заправках, стоянках и станции технического обслуживания.
