— В лес? Кто меня там ждет, и что я там буду делать? Бегать, пока поисковая группа, посланная моим мужем, меня не найдет? Нет уж, мне обещали Канаду, везите в Канаду!
— Как только документы тебе сделают, чтобы в самолет сесть — сразу! Ни минуты лишней не задержимся."
"Таня кивнула, решив, что мужики и так уже еле держатся, на сегодня, пожалуй, хватит, и вернулась в дом.
Остаток времени она провела, размышляя, как и куда ей уходить. Перекинуться она не может, в человеческой ипостаси, ходок из нее — так себе. Можно вернуться в заброшенный дом, где она ночевала, забрать из сарая велосипед и уехать на нем.
Только, без дороги быстро не поедешь, а на дороге ее догонят в два счета. Ее и в лесу в два счета догонят, перекинутся и все — от волков не спрячешься.
Ей нужна помощь, очень! Хоть бы взрослый волк, родственник девочки, пришел проверить, что рассказал ребенок!
Если же нет, — ей придется бежать на трассу, там ловить попутку и ехать, куда глаза глядят.
Еды с собой она взять не сможет — канадец сидит рядом, когда она ест, и сразу уносит все тарелки, стоит ей встать из-за стола.
Ее сумочка — у волков в доме, там документы и деньги. Без сумочки бежать нельзя.
Стукнула входная дверь, зашел Рэмилл с цепью в руке.
— За твоими отбивными ехать, — буркнул он. — Надевай носок.
— За говяжьими.
— Что?
— Говорю, за отбивными из говядины, — Таня натянула носок и позволила волку закрепить манжет.
Рэм и Дэн уехали, Эдвин остался. Для порядка, прошел туда-сюда по двору, подергал цепь у березы, заглянул к ней в окно, убедился, что женщине не сбежать, и ушел в дом.
Таня выждала еще несколько минут, только потом отправилась проведывать нужной сарайчик.
Вошла, прислушалась — тихо, и вздрогнула, заметив, что бретелька исчезла. В волнении кинулась к щели и тихо ахнула — из кустов на нее смотрел большой волк.
— Ты что тут делаешь? — выдохнула Таня, когда первое изумление прошло. — Рэм сказал, что вы улетели домой.
Волк сделал шаг назад, скрывшись за кустами, Татьяна потрясла головой — ей же не померещилось? Да, нет — вот же — запах волка, правда, с нотками деревенского туалета, но это не мешает идентификации.
Кусты качнулись, и из них выглянула голова мужчины.
— Вернулся, — невозмутимо ответил он.
***
Мэтью и сам не мог бы объяснить, что его не устраивает. Какое-то чувство, что неправильно все, не должно быть так, и он, Мэтт, этому поспособствовал.
Все десять часов, которые он летел до Нью-Йорка, мужчина не мог отделаться от тревожных мыслей.
