Таня выходила, садилась на удобную скамейку со спинкой, которую ей поставили волки, и, с удовольствием, грелась на солнышке, щурясь от его лучей, вдыхая чистый, прозрачный воздух, слушая перекличку перелетных птиц.
Как же ей нравилось тут!
Может быть, необыкновенная легкость и чувство покоя не покидали женщину, потому что закончились прятки, нервы, бегство и страх за свою жизнь? Или, это потому, что волки окружили ее настоящей заботой, даже маленькая Стася старалась помочь и порадовать? Или, это ожидание рождения детей?
Матвей и Руслан уехали, как и собирались, утром.
Отзвонился альфа на следующий день.
— Сорокин бычками очень заинтересовался, сразу берет десяток, на следующей неделе сами приедут и заберут. Руслан добрался нормально, но, пока, больше не созванивались.
— Номер Верховного взяли?
— Нет, не дали. Дали сопровождающего, который представит меня одному из бет Верховного, а тот, потом, проведет к самому.
— Ты — незнакомый, логично, что напрямую тебя не пустят. Сначала проверят.
— Да, это нормально.
У вас-то как? Все в порядке?
— Да, все по-прежнему.
— Хорошо, завтра созвонимся.
Татьяна отложила телефон, выглянула в окно — скоро должны подъехать Роман со Станиславой — не видать ли машину?
Нет, еще не едут.
Деревья облетели, и теперь, дорога, ведущая к хутору, просматривалась до самого поворота.
Что-то бабушки притихли, надо сходить, проверить, чем это неугомонные подруги заняты?
Женщина прислушалась и уверенно направилась в комнату, где были приготовлены детские кроватки.
Тетя Наста и баба Маша, застигнутые врасплох, подскочили и попытались закрыть собой обзор.
— Ну, и что вы опять задумали? — спросила Татьяна. — Вот же, не сидится вам без дела. Показывайте, уже.
Бабушки переглянулись и замотали головами.
— Нет, Таня, это сюрприз, а сюрприз полуготовым не показывают. Ты, сходи-ка, посмотри — не едут ли наши?
— Да, только смотрела — не едут, — отмахнулась Таня.
— А, ты еще раз посмотри.
— Партизанки, — улыбнулась Таня. — На улицу не пойду, из кухонного окна тоже все хорошо видно.
Прячьте спокойно, что вы там мастерите.
Вернувшись на кухню, она мельком глянула в окно и потянулась за полотенцем. И вздрогнула — по дороге к хутору ехала машина, но не машина Романа. Чужая.
Сердце заколотилось, от безмятежности и следа не осталось.
Кто? Что делать? — Татьяна бросилась к бабушкам.
— Настасья, Мария, там кто-то едет!
— Кто? — синхронно поинтересовались женщины и, увидев побелевшее лицо Тани, всполошились.
