Затем, приподнялся на руках, и, глядя ей в глаза, прошептал:
— Счастье моё!
Таня, всё еще не отошедшая от первого оргазма, почувствовала, как головка его члена коснулась её лона.
Ей казалось, что после пережитого восторга, она еще не скоро сможет снова возбудиться. Однако ощущение члена внутри себя задевало какие-то неведомые ей струны, и Таня, с изумлением, обнаружила, что сама подается навстречу, стонет, пытаясь вобрать его целиком, глубже, полнее, ближе. И едва не умирает от нарастающего удовольствия.
Взгляд, затуманенный страстью, остановился на свежей метке, которую она сама, вернее, её Серая, поставила мужу какой-то час назад, и она потянулась к ней. Прошлась губами, чувствуя, что Андрей делает то же самое с её меткой, выгибаясь и вскрикивая от волны наслаждения, раскручивающейся, заполняющей всю ее, забирая без остатка и отдавая всё до последней капли.
Пик накрыл обоих одновременно. Невыносимо остро и ярко. До мурашек и вспышек, до щемящей нежности и сладкой боли, до почти остановившегося дыхания и бешено стучащего сердца.
— Моя, — прохрипел мужчина и поцеловал бережно и успокаивающе. — Ты — необыкновенная! Как я жил все это время — без тебя?? Луна, как же я тебя люблю!
— Мой, — отозвалась прерывающимся голосом женщина. — Я и не знала, что это может быть, вот так. Люблю тебя!
— Что ты чувствуешь? Я не повредил?
— Не повредил. Я же — волчица, и не настолько хрупка, — улыбнулась Татьяна. — А чувствую я сейчас огромную благодарность.
— Благодарность? — растерянно переспросил Андрей. — К кому?
— К Дёмину. Если бы не его поступок, то я никогда не смогла бы стать свободной и забрать тебя себе.
Эпилог
— Я думаю, тебе надо ехать на Саммит, — убежденно сказала Татьяна. — В первую очередь, это съезд Верховных. Вас всего-то пятеро на весь мир. Отсутствие одного будет более чем заметно.
— Я же только-только обрёл пару, все поймут, — Андрей увернулся от подушки и сгрёб жену в охапку. — Нельзя поднимать руку, лапу и клык на Верховного, самка! Наказание будет неизбежным и беспощадным!
И наказывал так старательно и горячо, что из спальни они выбрались только через три часа и потому, что пора было кормить близнецов.
— Матвей прекрасно меня заменит, — продолжил тему мужчина, с умилением наблюдая, как малыши насыщаются.
— А, если будет что-то срочное или важное, что можешь решить только ты?"
"— У меня — семья. Это и есть — самое важное.
