"
"Получается, волк Кирилла выбрал ее, отметил и допускал зачатие, а сам Кирилл, вернее, его человеческая ипостась, этого не понял? Знает ли Грис, что она ждет щенков?
Волчица заворочалась и вопросительно рыкнула.
Что? Надеюсь, ты не собираешься искать Гриса и докладывать ему?
А, не можешь, он слишком далеко? Это радует. Не хватало еще, чтобы ты нас выдала! Грис не защитит, Кирилл просто отберет детей и что тогда нам делать? Я же с горя умру, если не смогу их растить, видеть, как они учатся и взрослеют!
Грис не даст в обиду? Сама-то в это веришь? Где он был, Грис этот, когда Кирилл мне изменял? Когда вышвырнул из дома и грубил, отказываясь поговорить? Хотел бы, надавил бы, заставил слушать и слышать, а так — твой Грис такой же предатель!
Волчица заскулила, завыла, уткнувшись носом в лапы.
Таня сама чуть не завыла — да, их обеих предали, пора посмотреть правде в глаза. И если Кирилл что-то недопонял, если он задвинул волка и решил все единолично, то волк-то все понимал и знал.
Но промолчал, не взбунтовался, не убедил себя выслушать. Таня знала, если вторая половина бунтует, секс не получится. Невозможно предаваться наслаждению, если половина тебя этого категорически не желает и прикосновения к женщине вызывают не вожделение, а злость и брезгливость. Волк же не мешал, позволил, ушел в сторону. Глупо этого не замечать и на что-то надеяться.
Серая уже не скулила, просто лежала, подавленная и оглушенная.
Ничего, Серая, мы справимся! У нас дети, ты помнишь? Кирилл козел, конечно, хоть и волк, но он оставил нам сына и дочку и только от нас с тобой зависит, кем они вырастут.
Волчица подняла голову, заинтересованно прислушиваясь, потом встала, потянулась и вильнула хвостом.
Правильно! Главное — дети. А волк… волк от них сам отказался и даже выслушать ее не пожелал. Выгнал. Значит, она ему больше ничего не должна и думать о нем нечего!
Глава 8
Руслан проводил глазами пожилых человечек, медленно отступил вглубь от кромки леса и вернулся к привычному маршруту.
Раз в неделю он делал обход территории по периметру, обновляя свои метки, поэтому предпочитал передвигаться в виде зверя. Но иногда размяться просилась и вторая ипостась, вот, как сегодня. И надо же было именно сегодня бабкам притащиться звонить? Одну бабушку он знал, видел ее несколько раз, живет тут неподалеку в умирающей деревушке. Вторая была незнакома, но никакой опасности не представляла.
