Рад был помочь.
Поднявшись в офис, я кивнул Кате, отказался от кофе и вставил флешку в компьютер. Доверяй, но проверяй.
Все было идеально. Несколько файлов с камеры наблюдения на проходной. Вторник, с половины девятого утра до половины второго, когда Катя прошла через турникет. Она проделывала такие вещи постоянно, еще при Максе. Стоило ему уехать раньше, и она тут же исчезала. И при мне тоже, только никак не удавалось ее на этом поймать. Пришлось пойти на крайние меры.
В понедельник я сказал ей, что во вторник с утра буду на выставке и приеду не раньше двух.
И попросил Колю сделать копии с записей камеры. Сразу у него не вышло, потом он был выходной, и вот улики у меня в руках. Отсутствие на рабочем месте больше четырех часов
- это прогул, за который смело можно увольнять.
Я сделал копии на компьютер, ноутбук и другую флешку, вышел в приемную и положил ее перед Катей.
- Ознакомься и реши, что лучше: по собственному или по статье. Даже если ты вывернешься и принесешь справку от врача, у меня есть много других таких записей.
Это, конечно, был блеф, но что делать, покер так покер.
Через полчаса заплаканная Катя положила передо мной заявление об увольнении. Я подмахнул его в приказ, без отработки. Было неприятно, но никаких моральных угрызений я при этом не испытывал. И тут же позвонил в отдел продаж. Там работала Наташа Олисова, с которой мы были знакомы уже лет семь. Спокойная, приятная женщина, моя ровесница. На днях я предложил ей Катину должность, и Наташа согласилась. Хотя в зарплате не выигрывала, а в репутации, наоборот, теряла, поскольку ее непременно стали бы считать моей любовницей.
Впрочем, у меня она никакого мужского интереса не вызывала, поэтому это волновало меньше всего.
А потом позвонила Лена. Я разговаривал с ней, стоя у окна, и смотрел во двор-колодец. Радовался, как подросток, что слышу ее голос. Представлял ее лицо. Огорчился, что не увидимся вечером. Хотя, может, и к лучшему. Будет время немного успокоиться после вчерашнего. И... соскучиться. Все-таки в ожидании есть своя прелесть.
Если оно не тянется слишком долго, конечно.
Нажав кнопку отбоя, я подышал на стекло, написал пальцем: «Лена» и смотрел, как быстро тают эти четыре буквы.
21
Елена
Тим лежал на кровати и делал вид, что читает «Ветер в ивах». Я села рядом, взяла у него книгу, отложила. Погладила по голове - он недовольно дернулся.
- Ольга Петровна тебя хвалила.
Неопределенно хмыкнув, Тим уставился куда-то в мировое пространство. Каменно молчать
- это он умел.
