Нет, даже не вдвое, а гораздо больше. Если учесть проблемы Тима и особенно его отношение к девочкам.
Странно, откуда это все-таки вылезло? Никогда раньше за ним ничего подобного не водилось. Были б у него друзья, предположила бы, что от них. Может, в бассейне что -нибудь? Я решила, что обязательно поговорю с тренером Иветтой, а заодно и с мамой, вдруг, она что-то заметила.
Или напряжение Кирилла как-то связано с рабочими делами? После разговора в среду утром, когда он меня мягко, но недвусмысленно оборвал, я решила больше в эту область не соваться.
Особенно учитывая историю с Иркой. Не тронь лихо, пока спит тихо. И вдруг он сам предлагает мне пойти с ним на неформальные переговоры, как я поняла, достаточно важные.
Действительно нужен юрист? Но я совсем по другой части. Или... это проверка?
Когда вчера мы разговаривали по телефону, такая мысль мне в голову не пришла. Но сейчас от нее стало совсем кисло. Я свято верила, что самые большие сложности возникают, если люди не умеют разговаривать. Но это, к сожалению, работало не всегда.
Спросить в лоб, что не так. не знаю, мне показалось не слишком уместным. Неуместным - сейчас.
Когда я отказалась, Кирилл ни капли не огорчился. Даже, скорее, наоборот. Что только укрепило меня в моем предположении. Он ушел, и я наконец смогла отпустить лицо на свободу, сняв резиновую улыбку. В моем распоряжении было полчаса или сорок минут, чтобы привести встрепанные чувства в порядок и не испортить этот день окончательно.
Я дошла до Круглой башни, заметила рядом кафе с ценами, как в дорогом ресторане, села за столик на улице.
Заказала ведерную чашку капучино и огромный круассан с сыром и начала старательно себя успокаивать.
После подлянки, которую устроил друг, Кирилл вполне мог принять решение больше никогда не смешивать личное и рабочее. И пойти вместе с ним на встречу предложил из вежливости, в надежде, что я откажусь.
Но если первая часть была очень даже вероятной, то вторая - большой натяжкой. Вот просто пресловутой совой на глобус.
Только глупенькая девочка могла не понимать: на деловые встречи не берут с собой посторонних. К тому же наш шеф часто повторял: «Не предлагайте ничего в надежде, что я откажусь. Потому что я соглашусь, и вы сами будете виноваты». Достаточно было сказать: «Лена, погуляй часик, пока я не освобожусь».
Сначала я готова была закрыть глаза на сову и поверить в очевидную глупость. Думать о том, что Кирилл устроил мне какой-то тест на пригодность, хотелось еще меньше.
