Я потянулась, чтобы стянуть с него рубашку, пока его полуприкрытые от страсти глаза жадно блуждали по моему телу. Я еще никогда не чувствовала себя такой красивой и желанной. Мне хотелось больше. Больше поцелуев. Больше прикосновений. И меньше одежды.
Я помогла ему избавиться от рубашки и коснулась его груди, медленно скользнула ладонью по гладкой коже. Гедеон был идеальным.
«Ты можешь стать лишь одной из многих и сгореть дотла от страданий, когда он поиграет с тобой и бросит», – прошептал мне мой внутренний голос.
«Но сейчас он мой, – возразила я своему сознанию, заставляя его заткнуться. – Я люблю его, и сейчас он мой».
Я готова была идти этим путем, куда бы он меня ни завел.
– Ты горишь самым ярким пламенем на свете, – услышала я хриплый голос Гедеона, когда осталась перед ним полностью обнаженной в тусклом лунном свете.
Да, я хотела сгореть в этом пламени без остатка. Меня пробрала легкая дрожь, когда он проложил дорожку огненных поцелуев по моей груди. В этот миг я ощущала себя живой, как никогда прежде.
Где он научился своим трюкам? Что за сладостная пытка?
Моя рука схватилась за ремень его джинсов. Боже, почему он еще в брюках?
– Сними брюки, – услышала я свой требовательный голос.
– С удовольствием, – усмехнулся он. – Они уже трещат по швам.
Я затаила дыхание, когда он выпрямился и посмотрел на меня вызывающим взглядом. Он воплощал собой все женские фантазии.
Гедеон
Как давно я мечтал об этом. Глаза Яны поблескивали в лунном свете, пока мои пальцы пробегались по ее телу, изучая каждый изгиб.
Она была воплощением красоты. Я оценивал ее реакцию на каждое мое прикосновение. Ее лицо выражало одновременно и застенчивость, и голод, видеть это было просто убийственно. Она закидывала голову, выгибалась, пока я облизывал ее соски, как самое вкусное мороженое.
– Ты сводишь меня с ума, – прошептал я и вжался в нее всем телом.
Я понял, как сильно я нуждался в том, чтобы она стала моей. Мне нравилось держать ее в объятиях.
Наконец-то этот момент настал. Моя Веснушка доигралась.
Я ее еще помучаю. Кончиком языка я коснулся мочки ее уха, пока моя рука открывала ящик на прикроватной тумбочке в поисках презерватива.
Яна
– Гедеон! – я прошептала его имя.
– Ты готова? – спросил он, глядя на меня затуманенными глазами. – Я хочу видеть твое лицо.
– Да! – почти всхлипнула я. – Но будь нежен со мной, у меня…у меня это в первый раз.
– Яна, ты невинна, – выдохнул он.
