Ден был уже без футболки, и я обратила внимание, что на груди у него были татуировки в виде каких-то птиц и обрывков нотного стана с нотами разной формы.
– Держи, – Гедеон поставил перед ним чашку с кофе, в которую также добавил немного виски, поскольку алкоголь, как известно, все-таки был лучшим средством от похмелья.
– Я могу приготовить что-нибудь поесть, – предложила я. – Яичницу? Тосты?
– Было бы здорово, – согласился Ден, и Гедеон кивнул.
Пока я занималась завтраком, на кухню пришел Савелий и без сил плюхнулся за стол рядом с Деном.
Марк и Светка тоже спустились, их встретили насмешливыми и взглядами. Моя подруга хоть и улыбалась немного нервно, но вся светилась от счастья.
После завтрака мы с ней наконец-то начали собираться домой. Пока она вызывала такси, я заглянула в график дел. Как и сказал Гедеон, планировалась встреча с видеорежиссером и его командой для обсуждения съемок клипа под песню «Ночные гонщики», а сами съемки были назначены уже на послезавтра.
Я нашла свою сумочку в гостиной и повесила ее на плечо.
Мне нужно было попрощаться с Гедеоном. Они с Деном, насколько я знала, недавно ушли на второй этаж.
Я поднялась по лестнице и, пройдя несколько шагов по просторному коридору, остановилась возле комнаты Гедеона. Из-за слегка приоткрытой двери доносились голоса, и я прислушалась, так как в разговоре промелькнуло мое имя.
– Да ну, брось, Гедеон. Яна – это трофей. Напротив ее имени можно было бы смело поставить самую жирную галочку. Помнишь, как мы чудили раньше? Это было круто.
Особенно когда ты прыгал с парашютом. Блин, да тебе в прошлый раз не хватило всего одной цыпочки, чтобы поравняться со мной, и двух, чтобы выиграть.
– Ден, заткнись.
– Ну так что насчет того пари? Я жду, когда ты уже соблазнишь Яну и покажешь Владу средний палец.
– Можешь больше не ждать. Забудь про свое пари.
– Что это значит?
– Это значит, держись от Яны подальше. Ты в пролете.
– Так ты сделал это? Это означает, что ты уже в игре? И не будешь делиться своими игрушками?
– Мои игрушки – это мои игрушки.
И я тебе руки оторву, если ты их тронешь.
«Игрушки.» Я пошатнулась, не желая верить этим словам, медленно развернулась и побежала вниз по лестнице, чувствуя, как сердце в груди рвется на части. Возможно, стоило бы остаться и дослушать до конца, но мне стало слишком больно. Я узнала все, что было нужно: я просто игрушка. В ушах снова и снова звучало это слово, пока я спускалась по лестнице.
