Да и на нее как-то внимания сильно не обращали – короткая стрижка, непонятный цвет волос и в целом образ непойми какой неформалки противоположный пол не привлекали. Самые длинные “отношения” продолжались с коллегой, если можно так сказать, целых три месяца. А потом Илонке была дана отставка, потому что она слишком сложная. Даже на веселой тусовке умудрялась умничать. Девушка не вписывалась в этот круг общения, несмотря на попытки выглядеть как большинство знакомых. Хорошо удавалось только злить мать. Как перейти в другой круг общения, в другую компанию – она не знала.
Ужасно отличаться ото всех, а дети и подростки бывают порой более жестоки, чем взрослые.
Общаться же сейчас на курсах было настоящим удовольствием, там занимались люди со схожими интересами. Она немного освоилась и теперь тоже участвовала в обсуждениях. Даже резкий и, в общем-то, не очень приятный Колесников больше не пугал. Отругал, конечно, за ее первые фотографии, но и похвалить не забыл. Жестко прошелся по всем ошибкам, ну так досталось не только ей.
Там при разборе всем не поздоровилось. Ох, как гудела группа после окончания занятия. Но тихо, и чтобы Павел не слышал. Илонке пришлось учиться не принимать все близко к сердцу, иначе будет нервный срыв.
И опять вечер, опять такси и Вадим, который, проследив, чтобы она вошла в подъезд, уезжал к себе. Это бесило до такой степени, что всегда спокойную Илону тянуло устроить скандал. Накричать, наговорить обидных слов, чтобы больше не появлялся. А потом откатом била мысль – а если и правда больше не увидятся? Девушка злилась на себя, потому что не родилась в другой семье, не родилась раньше или что Мельников мог быть попроще.
Врут всё сказки про чертовых Золушек! Ей уже двадцать три, а такое поведение простительно в семнадцать максимум! Это в семнадцать можно вздыхать и строить воздушные замки о том, стоит только надеть красивое платье и каблуки, и предмет твоего обожания тут же падет к твоим ногам. Черта с два! Падают они к ногам весьма выборочно!
А уж после того, как тебе этот человек делал уколы, помогал забирать вещи и вообще видел в таком состоянии, что просто стыд – тут уж никакое платье не поможет.
Илонка прекрасно понимала, что никаких “я сейчас вот… и он поймет…” не будет, и игра идет в одни ворота. Остается только заниматься своей жизнью, сокращая общение с Вадимом. Да, и лучше переехать при первой же возможности. Нет ничего отвратительнее, чем девушка, преследующая мужчину. Дурой себя она уже достаточно выставила, хватит.
