А теперь реально выхода нет – вещи в стирке и хорошо, если до утра высохнут.
Вадим дождался, пока девушка закончит пить чай и убрал со стола. Илона во все глаза наблюдала за тем, как мужчина аккуратно составил все в холодильник, помыл посуду, вытер, убрал на место. Да он даже кран протер. Кухня сияла чистотой, как будто на ней и не готовили.
– Ой, Вадим, извините, я совсем забыла про обувь, – она прикусила губу. Там, наверное, уже грязь засохла, пока плескалась и чаи гоняла. – Можно мне какую-нибудь тряпку и ведро, пожалуйста?
– Мы же договорились на ты, – напомнил гостье.
– Я уже все помыл и поставил сушиться, – сказал обыденным тоном.
Илонка смотрела на него, как на восьмое чудо света. В этом обязательно должен быть какой-то подвох. Ну не бывает таких мужчин: помог, приютил, накормил, даже ботинки ее в порядок привел. И ничего не потребует взамен?
– Спасибо, – поблагодарила искренне. – Я бы сама сделала.
– Ерунда, – отмахнулся Вадим, а потом добавил: – Я понимаю, время еще детское, но давай организуем спальные места.
Ты можешь уже ложиться, а я поработаю немного.
Не прошло и получаса, как она заняла хозяйский диван, а мужчина постелил себе на полу. Илонка пыталась настоять, что на полу будет спать она, но ей категорически отказали. Вадим ушел на кухню, прихватив ноутбук, а девушка осталась в зале. Вещи навороченная стиралка отдала полусухими, и с утра можно будет уже надеть свое. И вот она, закутавшись в одеяло по самый нос, лежит на диване и разглядывает потолок.
Щеки пылали, потому что она попыталась заплатить за свое пребывание здесь, предлагала тысячу. А мужчина на нее так посмотрел, выгнув бровь, что стало очень неловко. Показала паспорт, предлагая записать ее данные, чтобы не подумал, что она воровка.
– Иди спать, Илона Викторовна, – вздохнув, послал ее Вадим, – пока еще каких-нибудь глупостей не сморозила.
Ну почему это глупости, девушка не понимала. Столько беспокойства доставила, а он посмотрел, как на дурочку, и спать отправил.
У Илоны сложилось впечатление, что Вадим относится к ней как к непутевой младшей сестре. И это вызывало досаду. С такими невеселыми мыслями она и уснула. Обо всем остальном подумает завтра.
Мельников же разбирал рабочую почту, ведь пятницу он прогулял. А беспорядка что в доме, что в делах он не выносил. Но мысли то и дело возвращались к девушке. Ну вот зачем притащил домой? Хотя она ни словом не обмолвилась, что ее где-то ждут, да и прописка пригородная.
