Любовь со вкусом миндаля

Ведь против него шпионила не просто сотрудница. Его продала женщина, любимая, жена. Он кивком указал на дверь, желая избавиться от сочувствующих взглядов и понурых лиц. Он сегодня же уедет из этого проклятого города. Улетит подальше от воспоминаний и от нее. Находиться рядом с Шэрен, всего в нескольких милях, и сдерживать желание задушить в яростных объятиях — выше его сил. Он вернется в Нью-Йорк и забудет ее, забудет, что женат, а адвокаты и суд сделают все остальное.

На осколках разбитой жизни

Солнце медленно скатилось за горизонт, погружая город в осенние сумерки.

С оживленной улицы доносились звонкие голоса прохожих, визг тормозов нерадивых водителей, а иногда и вой полицейских сирен. У кого-то залаяла собака, а кто-то не мог унять плачущего младенца. В вечер пятницы город шумел по-особенному, как ни в один другой день недели. Люди спешили домой на семейный ужин, на свидание ко второй половинке, или просто хотели отдохнуть от тяжелых будней за бокалом вина или кружкой пива в дружеской компании. Оставалось только выбрать, где провести вечер.

Сан-Франциско жил и предлагал всем жить вместе с ним, влиться в круговорот следующих одно за другим событий, но иногда жить не хотелось."

"В небольшой квартире на Фелл-стрит, которая всегда казалась уютной и теплой, было холодно и темно. Поднявшийся к вечеру ветер вперемешку с дождливой моросью упорно бился в приоткрытые окна и, находя лазейку, врывался в наполненную сумраком гостиную. Шэрен так и сидела на полу, крепко обхватив руками колени.

Громкие рыдания сменились редкими всхлипами, а тело, от заправлявшей в доме промозглости и сырости, сотрясала дрожь. Свежее дыхание осени отчетливо ощущалось в комнате, оседая колючей прохладой на голых руках, но Шэрен этого не чувствовала. Ни слез, холодивших щеки, ни озноба, сковавшего тело, ни боли, терзавшей сердце. Только тишину. Давящую, пустую, страшную.

Когда она свернула не туда? Почему ее жизнь, еще с утра освященная ярким солнцем и казавшаяся надежной и крепкой, как монолит, сейчас лежала в руинах? Когда она стала марионеткой в чужих руках? Кто так чудовищно и профессионально подставил ее? Фрэнсис? А может, не только он? Все эти вопросы Шэрен еще не раз задаст себе, тщетно пытаясь отыскать истину среди вороха лжи, но не сегодня.

Позже, когда апатия, камнем упавшая на плечи и размазавшая ее, как букашку об асфальт, немного отступит, давая возможность собрать свою личность заново и подумать, как жить дальше.