Любовь со вкусом миндаля

— Извини, это все… — Она осмотрела кабинет: строгая деловая обстановка, папки с документами, рабочая техника, диван и торопливый секс на нем. — Это все не для меня.

— Почему?

Шэрен грустно улыбнулась. Делиться своей личной драмой она не собиралась, поэтому ответила первое, что пришло в голову.

— Я не занимаюсь случайным сексом.

— Серьезно? — со злой насмешкой спросил Ник.

— Представь себе, — сухо отозвалась она.

— Это значит, нет?

— Именно, — поправляя в беспорядке разметавшиеся волосы, сказала Шэрен.

— Ну нет, так нет. — Ник лениво откинулся на спинку дивана и надменно произнес: — Хочешь дам бесплатный совет?

Шэрен почувствовала, как внутри загорелись первые угольки злости от его менторского тона.

— Очень щедро с твоей стороны, — съязвила она.

— Пересмотри свои глупые принципы. Мы не в девятнадцатом веке, они давно устарели.

Шэрен сглотнула комок, образовавшийся от обидных слов, и внимательно посмотрела на Ника. Поза небрежная, расслабленная: руки закинуты за голову, ноги вытянуты, только холодный взгляд полностью передал его состояние.

Он не удовлетворен и от этого чертовски зол. Но и она далеко не Святая Дева, и молча терпеть его жесткие замечания не намерена. Раньше Шэрен и подумать не могла, что принц, о котором она столько мечтала, окажется пресыщенным циником и бесчувственным эгоистом. И не предполагала, что все эти нелицеприятные качества больно ударят именно по ней.

Она молча взяла сумочку и, согласно кивнув, заговорила:

— А знаешь, ты прав.

Именно этим я и займусь в ближайшее время.

— Чем — этим? — холодно бросил он.

— Пересмотрю свои глупые принципы.

Ник с такой откровенной чувственностью осмотрел ее хрупкую фигурку, что Шэрен показалось, что не покраснели у нее разве что кончики ушей. Хотя, нет. Они тоже пылали. Слова, чтобы расшифровать его взгляд, были не нужны. Ник молча спрашивал, какого черта они вообще тратят время на разговоры?

— Ты не единственный мужчина в Сан-Франциско! — возмущенная его нахальным поведением, воскликнула Шэрен и, не дожидаясь ответной реплики, круто развернулась на каблуках, направляясь к выходу.

Но через несколько шагов остановилась и бросила через плечо.

— Ты даже в «Беркшир» не единственный, — несвойственным ей приторно-сладким голоском буквально промурлыкала Шэрен. Глаза Ника опасно сузились, но в остальном поза осталась прежней.

Шэрен тряхнула волосами и, приблизившись к двери, нажала на ручку, собираясь покинуть кабинет.