– Анюта! Быстро кидай строп наверх! Юрка у меня темпераментный, он ждать не будет. – Анюта кинула строп, и Степаныч с ним выбежал из сеней. – Поднатужились! Вира! – услышали женщины со двора.
Строп с Анютой моментально взлетел наверх, но остановился ровно посредине трехметровой высоты. Анюта зависла между небом и землей, как вордовская программа, о которой она не имела ни малейшего представления. Ни туда, ни сюда. Катерина выскочила во двор и увидела странную картину. Огромный бык, с обвязанной стропой могучей шеей, стоял рядом с Семеном и Степанычем, а те его уговаривали сдвинуться с места.
– Ладно, черт с ним! – не выдержал Семен. – Пусть хоть так держит! Я побегу, ее сам вытяну. – Через секунду из сеней раздался его возмущенный голос: – Спасателей вызывать нужно! – И вскоре появился он сам. – Нужно вызывать спасателей, – взволнованно сказал вернувшийся Семен Степанычу. – Иначе, пока мы ее достанем, в погребе опустеют все жизненно важные емкости.
– А! А! А! – из погреба раздался нечеловеческий голос Анюты.
У Катерины душа ускакала в пятки, мужчины вздрогнули, а бык, заинтересовавшись звуками, направился к сеням.
– Хрясь! А! А! А! – продолжился крик после не совсем мягкой посадки.
– Ты чего кричишь, Анюта? – поинтересовалась Катерина, наклоняясь над погребом.
– Тут эти! Как их?! Микки-маусы! – Она сидела на полу, обвисшей стропой отгоняя серую мелюзгу, непонятно каким образом оказавшуюся вместе с ней в погребе. По всей вероятности, мыши прибежали понаблюдать за процессом поднятия тяжести, в их серой жизни такого еще не наблюдалось.
– Вытаскивай меня по-хорошему, – кричала она Семену, – а то я тебе харакири сделаю! – И Анюта принялась кидать в мышей помидорами.
– Оставь в покое продукты! – возмутился Семен. – Как будто от помидор хоть одна мышь сдохла!
– Юрку нужно заинтересовать, – глубокомысленно изрек Степаныч и уставился на Катерину.
– Что за намеки? – не поняла та.
– Юрка очень уж падок на телок. – Дед внимательно рассматривал Катерину. – Конечно, формы не те, вымя подкачало, бока не такие крутые… Но в общем плане наводит на вполне приятные ассоциации.
– Я не хочу наводить собой ассоциации! – возмутилась Катерина, отступая назад к калитке.
– А придется, – осторожно сказал Степаныч. – Других телок в деревне нет! И бык-то всего один. Анюту оставлять в погребе нельзя, у нее может случиться нервный шок от «Микки-маусов».
– Что я должна делать? – закатывая глаза к небу, трагически прошептала Катерина.
