Надеюсь увидеть котят здоровыми и упитанными. Анна непременно о вас позаботится. Правда, Анна?
Круглое лицо кухарки расплылось в улыбке.
– Конечно, мисс.
Кошка подняла голову и согласно кивнула.
Анна поправила мокрые волосы.
– Слышала, как леди Лаундз говорила Элоизе о важной беседе, которую они с мистером Лаундзом намерены провести с вами перед отъездом в деревню.
Джейн поморщилась. Этого еще не хватало! Разговор с матушкой никогда не сулил ничего хорошего, а уж если она привлекала на помощь отца, значит, дело обстояло по-настоящему серьезно.
– Хотелось бы знать, что именно родители собираются обсудить.
Анна наклонилась и погладила кошку.
– Кажется, речь пойдет о миссис Банбери.
Джейн нервно вздохнула.
– О миссис Банбери?
– Да. Это ваша новая компаньонка, не так ли, мисс?
Джейн торопливо кивнула.
– Да-да, конечно.
Крепко прижимая книгу, не обращая внимания ни на глубокие лужи, ни на мокрый подол, она бегом бросилась к дому.
Миссис Банбери действительно была ее новой компаньонкой. Той самой, которой предстояло сопровождать Джейн в графство Суррей, на свадьбу подруги Кэсси.
Если маме срочно понадобилось поговорить о миссис Банбери, значит, случилось что-то неладное.
Потому что миссис Банбери не существовало в природе.
Глава 2
Гаррет Апплтон внимательно посмотрел на только что законченное письмо и глубоко вздохнул. Все как всегда: банковский чек и несколько ненужных строчек, продиктованных извечным чувством вины.
– Сэр, экипаж вас ожидает.
Гаррет взглянул на дворецкого, замершего возле двери кабинета в позе сосредоточенного внимания.
Два лежавших на ковре чалых спаниеля, как по команде, подняли головы и помахали хвостами.
– Выйду через пару минут, Картрайт.
Дворецкий коротко кивнул.
Гаррет снова сосредоточился на письме. Присыпал листок песком, встряхнул, аккуратно сложил и запечатал разогретым воском.
Раздумывать было некогда: экипаж стоял наготове. Ночью отдохнуть почти не удалось, но ощущение усталости давно вошло в привычку: кошмары возвращались с жестокой регулярностью.
Гаррет посмотрел на адрес:
«Миссис Лэнгфорд
12 Чарльз-стрит
Лондон».
Подобные письма он посылал регулярно, каждые две недели. Продолжалось это вот уже десять лет – с тех пор, когда ему только что исполнился двадцать один год. Содержание всегда оставалось неизменным, но имя Гарольда Лэнгфорда – погибшего на войне друга – никогда не упоминалось.
Гаррет на миг зажмурился, встряхнул головой и решительно встал из-за стола; собаки тотчас вскочили.
