– Я подумала, что, быть может, есть способ, который поможет мне сделать этот дом более удобным для вас на время вашего пребывания здесь…
Он рывком поднял руку, останавливая ее.
– Удивите меня, миссис Фонтейн. – Лорд Ла Вей произнес эти слова язвительным тоном. – Если вы добьетесь успеха там, где другие потерпели неудачу, я буду удивлен.
Элайза вонзила ногти в ладони и досчитала до десяти – молча и быстро. Она заставила себя сделать три глубоких вдоха, прежде чем снова заговорить.
– Благодарю вас за этот вотум доверия, лорд Ла Вей.
– Она была горда тем, как благодушно и даже почтительно прозвучали ее слова, потому что еще никогда в жизни не делала более саркастического замечания.
Лорд Ла Вей слегка прищурился. Он отлично понял, что она на самом деле имела в виду. Этот дьявол отлично выучился вообще не моргать. Возможно, в результате необходимости подолгу смотреть в подзорную трубу, прицел винтовки, ну и так далее.
А потом принц вздохнул, наполнив до отказа легкие воздухом, отчего его широкие плечи восхитительно расправились под сюртуком.
– Возможно, вам будет полезно вот так воспринимать ваши обязанности: вы – первый помощник капитана, я – капитан этого насквозь продуваемого суссекского корабля. Вы будете заботиться о припасах, моральном облике и здоровье его команды.
Элайзу так ошеломила и очаровала эта аналогия, что она улыбнулась.
И тут в выражении его лица что-то изменилось. Его холодный, изучающий взгляд вдруг стал задумчивым, слегка удивленным и почти взволнованным.
На переносице залегла едва заметная морщинка, а потом он чуть повернул голову к окну.
Элайза снова подумала об узнике в темнице. Это, конечно, нелепо, потому что он – хозяин дома и, без сомнения, может уехать отсюда, когда захочет.
Она была готова поклясться: лорд Ла Вей только сейчас понял, что она – женщина, причем не такая уж невзрачная.
Ее тщеславие могло быть удовлетворено, если бы сама мысль об этом не была столь тревожной. Возможно, он излучает обаяние, если оно вообще у него есть, и дарит его тем, кого считает достойным, но сейчас он корит себя за то, что потратил его часть на нее.
"
"Однако эти вспышки капризов, сарказм… Ей казалось, что она смотрит на этого человека сквозь заросли колючек.
Наступила еще одна неловкая пауза.
– А вы… звонили с какой-то определенной целью, милорд? – наконец поинтересовалась Элайза.
– Да, разумеется. – Больше он ничего не сказал.
Элайза мысленно отругала себя, не зная, стоит ли ей продолжать разговор.
