Потом она закрыла на замок шкаф с бельем и ларец с серебром, правда, сделала это лишь после того, как, наклонившись, посмотрела на свое отражение в изящной серебряной супнице.
Да, каждый волосок на своем месте. И она действительно хорошо выглядит в платье цвета голубя сизаря.
Не то чтобы это сейчас важно. Не то чтобы это вообще важно.
Быстро поставив на поднос чай, пирог и кофе, Элайза приосанилась, готовая к битве.
– Благодарю вас, что пришли так быстро, миссис Фонтейн, – сказал принц.
– Я не хотела вынуждать вас звонить дважды, лорд Ла Вей.
Прищурившись, он бросил на нее искрометный взгляд.
В ответ Элайза приняла заученно невинный вид.
Несколько мгновений она испытывала досаду из-за того, что ей не придется нести яблочный пирог и кофе в его спальню. Принц уже оделся, обулся и осматривал по периметру свой кабинет.
Элайза могла рассмотреть нижнюю часть его подбородка и даже волоски бакенбардов, до которых он не добрался своей бритвой. «Это просто ужасно, что такой гордый человек, как лорд Ла Вей, будет вынужден ходить, не зная, что пропустил при бритье отросшие волоски бакенбардов», – подумала она.
Принц явно правша, он предпочитает все делать правой рукой. Должно быть, именно правая рука у него ранена.
Ее решимость удвоилась. Но поднос оказался тяжелее, чем она ожидала, вдобавок она еще и нервничала, поэтому посуда на подносе позвякивала."
"– Я хотел бы дать вам исправленную финансовую смету, прежде чем вы поедете сегодня в город за покупками, миссис Фонтейн. Карета и лошадь для этой цели в вашем распоряжении.
Ла Вей протянул Элайзе сложенный лист бумаги.
– Но мне нравится и первая смета, милорд, – взяв листок, сказала Элайза.
– В таком случае предлагаю вам поместить ее в рамочку, как сувенир. Или вышить на подушке…
При иных обстоятельствах Элайза рассмеялась бы его шутке, но сейчас ее нервы были натянуты, как струны скрипки.
– В новой смете вы не найдете ливрей, – добавил Ла Вей. Глаза его вызывающе заблестели.
– Разумеется нет, милорд, – успокаивающим тоном проговорила Элайза.
Его взгляд остановился на подносе в ее руках.
– Узнаю кофе и яблочный пирог, – сказал принц. – А это что? – Он мрачно посмотрел на дымящуюся чашку. – Я этого не просил.
– Нет, не просили. Это… чашка чаю. – Святые небеса, в ее голосе послышалось раздражение!
– Вас нет в моем завещании, миссис Фонтейн, поэтому травить меня вам бессмысленно. Если только кто-то не заплатил вам за это. Но если это так, то нам, возможно, стоит вступить в переговоры.
