Любовь в прямом эфире (СИ)

Лев нервничает, стучит ботинком по полу. Поворачиваю голову, подношу чашку к губам и делаю маленьким глоток чая. Он молчит.

— А поехали, — произношу я, поставив чашку на блюдце.

Повторять Льву ничего не нужно, он тут же весь напрягается, поднимает руку и просит официантку принести счет.

Он расплачивается за мой недопитый чай, а я застегиваю тренч и завязываю пояс на талии. Лев тоже поднимается и я делаю шаг вперед, чтобы оказаться впереди него. Но он не дает. Мужчина берет меня за руку и сплетает наши пальцы, приковав меня к себе и не отпуская.

Знаю, что он ждет с моей стороны ответных действий и я очень хочу положить сверху свою ладонь и замедлиться. Но не делаю этого.

— Давно ты здесь живешь? — интересуюсь я, не глядя на него, но выводя бесцветные круги на его груди. Мне важно знать, что его жены здесь никогда не было, хотя и понимаю, что она больше не встанет между нами.

— Три года, — проговаривает он, поглаживая меня по волосам. От его прикосновений мурашки по коже и хочется броситься к нему на шею и целовать без остановки.

 — Сначала Юля с мужем купили здесь квартиру, им понравился и комплекс, и район. Потом я решил переехать. Маме тоже предлагали, но это никуда не хочет уезжать c насиженного места.

— Твоя мама…знает о нас? — осторожно спрашиваю.

— Знает.

— Что именно? И с чьей подачи? — ложусь на подушку и поворачиваюсь к нему.

— Всё и с моей, — хмурит брови. — А что?

— Ну мало ли что, может я для нее шлюха-разлучница, которая залезла в штаны женатому мужчине, — хмыкаю я.

На его лицо ложится тень.

Поняв, что я вообще-то говорю так о его маме и у меня нет ни малейшей причины думать о ней в таком ключе, поджимаю губы. — Прости, пожалуйста. Это же твоя мама. Я не должна была так говорить.

Лев кладет широкую ладонь мне на затылок и заглядывает в глаза. Сердце щемит от нежности, которую я в них вижу.

— Послушай внимательно. Мне абсолютно все равно, что и кто будет говорить. Мама, сестра, дочь, сын. Да хоть целый мир. Я больше не ошибусь и не облажаюсь, как тогда. Третьего шанса уже не будет.

Я знаю. Я люблю тебя, Соня. Всегда любил.

— Дочка твоя приходила поговорить.

— Та-ак. Когда?

— Вчера.

— Ясно, — он откидывается на свою подушку и стучит кулаком по лбу. — Она у меня получит. Что сказала?"

"— Много чего, — пожимаю плечами. — Про маму свою и ее болезнь. Почему ты не сказал? — Почти никто не знает. Она сама не хочет афишировать.

— И сын тоже?

— И он. А я даже не знаю, как ему сказать, — вздыхает он. — Но что-нибудь придумаю.