Вот было бы здорово, если бы она смогла уловить движение! И как подобрать цветовую гамму? Девушка быстрым движением кисти смешала на картонке, которую использовала как палитру, синюю и зеленую акварель и сделала несколько мазков. Нет, это не то! Она скомкала испорченный лист и бросила его в мешок с мусором. Наконец после продолжительного труда у нее получился пейзаж, который по колориту почти не уступал действительности. И все равно что-то ее не устраивало. Может, попробовать добавить на горизонт немного лазури, подумала она, отступая на шаг и критическим взглядом осматривая свою картину.
— По-моему, замечательно, — раздался за спиной знакомый голос.
Испугавшись, она оглянулась и столкнулась взглядом с синими, как небо, глазами Талберта, который сидел на корточках и рассматривал ее работу. В мгновение ее охватило сильнейшее чувство радости и счастья. Но она тут же постаралась взять себя в руки.
— Я не знал, что ты так хорошо рисуешь.
Элиз смутилась от его похвалы.
— Я не рисую, я дурачусь. Боже! — Она говорит, как Пол.
Девушка не могла отвести глаз от лица. Тала, пытаясь проникнуть в его сознание и понять, что его сюда привело. Неужели?.. Нет, этого не может быть. Конечно, здесь он по делу. Просто в городе он встретил Пола, который сказал, где она, пыталась убедить себя Элиз. Но почему так бешено и неистово забилось сердце? Тем временем Талберт встал и поцеловал ей руку. От этого прикосновения кровь забурлила в ней.
— У тебя здорово выходит, — сказал он. Увидев в сумке яблоко, он без разрешения взял его и, но успела она возмутиться, откусил от него огромный кусок.
— Из-за тебя я пропустил обед.
— Из-за меня? — Но ее голос оборвался, когда он нежно провел большим пальцем по запястью, в том месте, где бился пульс.
— Хм, не такое сладкое, как ананас, сказал он, откусывая яблоко. Элиз вспыхнула, вспомнив тот день, когда он помогал ей консервировать. Она ясно вспомнила сладкий вкус ананаса и… их поцелуй. Нежные и в то же время требующие губы вызывали в ней такие эмоции, о которых она раньше не подозревала.
Талберт вспомнил, какую клятву он себе дал, и, раскаявшись в том, что позволил себе нарушить ее, отошел на несколько шагов от девушки. Она глубоко вздохнула.
— Я удивлена… Что ты здесь делаешь? — Элиз старалась говорить как можно спокойнее, но ее выдавал дрожащий голос.
— Ищу тебя, — просто ответил Тал, старательно отворачиваясь в сторону.
— Ты проделал такой дальний путь только для того, чтобы увидеть меня?
Он кивнул.
