Но Талберт в мгновение поднял ее на руки и понес отчаянно отбивавшуюся девушку подальше от бушующих волн. Ветер бил им в лицо. Волны шли одна за другой, окатывая их с головой, затрудняя им отступление. Некоторое время девушка думала, что они погибнут. Талберт уверенно нес ее на руках в бушующем потоке, и его спокойствие постепенно передалось ей. Наконец они добрались до холма, стоящего вдали от берега. Утес, на котором они только что находились, скрылся под водой.
— Ну, художница-спорщица, — весело промурлыкал Талберт, сажая ее прямо на землю, — похоже, мы только что видели послание не Бога, а дьявола.
Если честно, это могло бы стать последним для нас.
— Едва ли. — Элиз с трудом сдерживала дрожь, ее зубы отстукивали дробь. — Я п-п-прекрасно п-п-плаваю. Я бы тебя спасла.
— Но тебя чуть не унесло, когда ты бросилась за своими вещами. Жаль, что тебе это не удалось. Зато теперь океан будет похож на твое произведение.
Элиз слишком замерзла, чтобы отвечать на его колкости. Немного прийдя в себя, она встала, покачиваясь.
"
"— Мистер Оксли, этого бы не произошло, если бы вы не отвлекли меня. Сами же вы не заметили прилива, потому что были слишком увлечены, объясняя мне, как делать деньги!
— Дорогая, — мягко сказал он, — это потому, что я на твоей стороне. Сейчас я больше, чем всегда, убеждаюсь, что ты создана только для искусства. А лучший способ заниматься им — заработать как можно больше денег.
Девушка не успела ничего возразить, так как сильно чихнула.
— М-да. Я думаю, нам нужно хорошенько обсохнуть, прежде чем продолжить дебаты.
— Никаких дебатов! — упрямо возразила Элиз. — Каждый остается при своем мнении. Идем в гостиницу.
Они уже дошли до нее, когда услышали, как кто-то зовет девушку. Обернувшись, оба увидели Джейка Олсона, который смешно бежал за ними вприпрыжку. На нем были только плавки. Мокрые волосы, а также маска, ласты и акваланг свидетельствовали о том, что он только что вылез из воды.
— Элиз, — сказал он, еле отдышавшись. — Жаль, что тебя не было со мной. Я видел такое!.
. Огромный осьминог, который обхватил своими щупальцами камень…
— Бог ты мой! — воскликнула она, так точно копируя по интонации выражение Пола, что Тал не выдержал и расхохотался.
Перенапряжение от всего пережитого дало о себе знать, и Элиз рассмеялась следом за ним. Вытирая слезы, она попыталась объяснить Джейку, который недоумевающе смотрел на них, что вовсе не он причина их смеха.
— Извини, — сказала она, немного успокоившись. — Жаль, что пропустила такое зрелище.
