Любовь во тьме (ЛП)

- Он когда-нибудь причинял тебе боль раньше? - Спрашивает Тристан, и я удивляюсь хрипоте его голоса.

Его руки обхватывают туловище, лицо в остальном совершенно непроницаемое. Я бы сказал, что мое откровение не повлияло на него, если бы не звук его голоса и то, как он держит свое тело, как будто физически сдерживает себя.

- Нет.

- С каких пор?

Я пыталась рассказать об этом маме, упомянула, что он был немного грубоват. Она сказала мне, что иногда он увлекается своими привязанностями, но делает это только потому, что любит меня.

Они прозвучали как слова, которые он мог бы сказать ей в качестве извинения при очень похожем сценарии. Она повторила их мне с заученной интонацией человека, который слышал их не один раз.

Я почувствовала, как слои льда утолщаются вокруг моего сердца.

Она не смогла бы спасти меня, если бы не смогла спасти даже себя.

Парализующий страх, который я испытала, почувствовав, как его рука сомкнулась на моей шее и выдавила воздух из моего горла, был очень реальным. Он зашел недостаточно далеко, чтобы оставить синяки — в конце концов, мы были на публике и на национальном телевидении, — но он приложил всю необходимую силу.

В одно мгновение я поняла, как легко он мог бы причинить мне боль, если бы захотел.

- Нет. - Я качаю головой. - Но ты можешь понять, почему я не спешу давать ему еще одну причину считать меня неудачницей. - Я не могу собрать достаточно энергии, чтобы это прозвучало как шутка, которой это должно было быть.

Я опустошена тревогой последних двадцати четырех часов.

Целой жизнью стремясь к совершенству.

Я вышла невредимым из этого последнего визита и не горю желанием, чтобы он вернулся еще раз.

Тристан кивает, уставившись на меня непонятным взглядом. Я бы все отдала, чтобы прямо сейчас получить ключи к его разуму и увидеть, о чем он на самом деле думает.

Что бы это ни было, я не позволю себе чувствовать себя униженной из-за того, что открыла ему часть моей метафорической золотой тюрьмы.

После паузы, которая тянется почти невыносимо долго, он первым отводит взгляд. Я выдыхаю с тихим вздохом, когда он отворачивается, как будто оборвалась физическая нить, соединявшая нас.

Я смотрю, как он тянется за ручкой. Затем он выхватывает бумагу из моих рук и со стуком кладет ее обратно на стол.