Любовь-война

Я ведь сильная, всегда была и всегда буду. Раз Андрей сделал выбор не в мою пользу, то пусть катится к чертям собачьим. Молить его о дружбе и любви я не стану. Это предательство не сойдет ему с рук, я найду способ отомстить.

- Кристина! – сквозь музыку слышу рев отца и вздрагиваю. – Ты что, наушники воткнула, пока мы тут с тобой разговариваем?!

- Нет, пап, - быстро сдергиваю провода вниз.

- И никакого кикбоксинга, ты меня поняла? – глядя на меня через зеркало заднего вида, выдает он.

- Что?! – от удивления подаюсь вперед всем телом.

– А кикбоксинг-то тут причем?

- При том! – отрезает отец. – Я тебе говорил, что за драки вне секции мигом прекращу твои занятия?! Говорил?!

- Говорил, - бесцветно отзываюсь я, чувствуя, как настроение уходит в минусовую плоскость.

- Вот и все! Доигралась, сопля бессовестная! – вена на его лбу угрожающе пульсирует.

- Орест, давай без выражений, - мама мягко кладет руку ему на локоть, пытаясь успокоить.

- Нет, Юль, ну это ни в какие ворота уже не лезет! – продолжает возмущаться папа.

– Она ведь нос этой Арине сломала! Нос, представляешь?! Даже Ник с Левой ничего подобного не вытворяли! А она же девочка!

Папа гневно на меня зыркает, а я смиренно опускаю глаза вниз. За тринадцать лет жизни я четко усвоила одно правило: никогда и ни при каких условиях не перечить отцу, только хуже будет.

Я и так лишилась лучшего друга и любимого занятия, не хочу, чтобы меня еще и под домашний арест посадили.

* * *Андрей

Смена в лагере подошла к концу и, надо признать, я успел соскучиться по родному двору и своей стае.

Как там, интересно, мои хулиганы? Все ли в порядке? Не запрессовали ли их Донские? Мы, конечно, постоянно держали связь по переписке, но это все равно не то. Живое общение ничто не заменит.

По-быстрому обедаю и еле дожидаюсь, пока мать перестанет засыпать меня вопросами про лагерь и сетовать на то, что я похудел. В сотый раз повторяю ей, что мой вес остался прежним, а вот рост увеличился. Наверное, поэтому я и стал выглядеть более поджарым.

Наконец, утолив голод общения со мной, мать отпускает меня на улицу, и я со всех ног несусь на встречу со своей стаей. Пацаны, судя по их реакции, реально рады меня видеть. Жмут руки, хлопают по спине, улыбаются. Рассказываю друзьям про насыщенные лагерные будни, и вдруг замечаю, что среди присутствующих нет Кристинки.

Мы с подругой не общались с тех самых пор, как ее забрали из лагеря из-за драки с Ариной.