Любовь зла, или Разрыв шаблона в действии

Где мой телефон?

Где будильник?

Во вчерашнем хаосе из вещей я прошляпила его местоположение и, разумеется, не слышала звонка.

Бросила взгляд на настенные круглые часы и ахнула – была уже половина девятого.

Вскочила с постели и кинулась в поиске вещей.

- Ир, ты чего ищешь? – в коридоре столкнулась с зевающей Лизой.

- Вещи свои. На работу проспала, а папа твой, чтоб ему икалось, не разбудил вовремя.

- Я вчера все, что не поместилось, сюда сложила, - девочка кивнула на большой комод.

- Спасибо, - искренне поблагодарила я и стала рыться в ящиках, в надежде найти что-то не сильно мятое.

- Тебе бутерброд сделать? - Лизка ползет в сторону кухни и гремит холодильником.

Да, ты ж моя лапочка. Обожаю ее.

- Угу, - бурчу и несусь в ванную, чтобы в три приема превратить отёчное зомби в вполне себе симпатичную женщину.

Тональный крем – наше все!

Нацепила легкий сарафан лимонного цвета и, жуя на ходу Лизкин бутерброд, вылетела из дома.

У ворот меня ждал сюрприз – Федор вчера пригнал моего Нафаню, а ключи заботливо пристроил рядом с телефоном – в сумочку.

Вот как на него можно злиться?

Но надо. Из принципа пока не прощу ему эту наглую выходку с «переездом» Над ним бы так подшутить. Посмотрим, как бы он обрадовался.

В бухгалтерию влетела, источая волны позитива и кипучей энергии. Забросила сумку в шкаф и уселась в кресло с чувством, какого-то душевного подъема.

Вспомнился наш утренний разговор с полковником и сердце сладко подпрыгнуло в груди. Пусть он и был скуп на эмоции, но посыл был и так понятен.

Разве не об этом я мечтала?

Мечтала, но как-то иначе представляла начало нашей совместной жизни. И сейчас, размышляя о бескомпромиссном и решительном характере своего мужчины терялась в сомнениях.

Умом понимаю, что наша совместная жизнь потребует от меня большой мудрости в принятии решений. Именно мне выпадет роль дипломата в нашей семье. Тем более что в ней есть еще и дети, с которыми, кстати, оказалось гораздо проще с их ревнивым папой.

Страшно ли мне?

До дрожи в коленках.

Но это какай-то приятный, будоражащий страх.

Мне очень легко представить наши совместные завтраки, торопливые, шумные, немного бестолковые, но неизменно исполненные заботой друг о друге, ужины – тихие вечера в саду у костра, наполненные трепетом и нежностью друг к другу, когда мы на короткое время предоставлены друг другу и от этого эти мгновения еще слаще, еще желаннее.