Любовница для дракона

При виде подруги у меня расширились глаза, и сердце ёкнуло: что она здесь делает?!

– Тебе не победить дракона!

Она пыталась увести мага, но тот не сдавался, метая в Гелиора шар за шаром. Увы, все они лопались мыльными пузырями, едва касаясь оранжевых лент драконьего огня.

– Отпусти её, ублюдок, – прошипел Нолл.

Я прижала ладонь ко рту, понимая, что никто из тех, кого я любила, не был со мной честен. Эон оказался ведлом, Лона… Да не важно, кто она. Она тоже была рядом только из-за дракона.

– Как скажешь, – процедил Гелиор и резко опустил руки.

Оранжевые ленты разлетевшегося вмиг кокона рухнули вниз огненным водопадом, а Вийола, закричав от боли, медленно, но всё ускоряясь, начала сползать со сталактита. Будто огромная пришпиленная к потолку бабочка…

Не в силах смотреть, я зажмурилась от ужаса, а потом услышала удар. Крик оборвался. Не дыша, я подняла глаза и вздрогнула, увидев, как над окровавленным телом медленно воспарила яркая алая звезда. Точно такая же поднялась над лежащей будто сломанная кукла Ульрией.

– Берегись! – закричал Эон и, бросившись к Лоне, прижал её собой к полу.

Я не успела осознать, что мой бывший парень жив, и обрадоваться, как раздался взрыв. По пещере прошлась алая полупрозрачная волна, сметая безликих, будто выстроенное домино. Нолла отбросило к стене, и маг, рухнув, застонал. Коллиг тоже упал и больше не подавал признаков жизни.

Лишь дракону пламя не причинило вреда… и мне. Я, будто за невидимой стеной, сидела на камне обнажённая и испуганно смотрела на тело Эона.

Потерять, обрести и снова потерять? Да за что мне это?! И почему он бросился спасать Лону, а не меня? Ответ очевиден, но так болезнен!

– Ведлы, – выплюнул Гелиор, проследив за моим взглядом. – Наконец мы встретились лицом к лицу! Не к лицу… А ну подними голову, ублюдок!

Он направился к Эону, и я не сдержала испуганного вскрика. Даже если парень выжил, лир убьёт его… слабого и беззащитного. Добьёт без жалости! Я заметалась в своей невидимой темнице: как же помочь ему?

– Лона, – пошевелился Эон и приподнял мою подругу.

Я чуть с ума не сошла, услышав это. Зажмурилась и, ощутив, как по щекам заскользили слёзы, коснулась своего живота. Нельзя дать лиру убить ведлов! Мысль, что меня посетила, была совершенно безумной, но что я ещё могла сделать?

Я провела указательным пальцем по коже лобка и, коснувшись клитора, застонала.