Любовница для дракона

Ничего, справлюсь… Мир не без добрых людей. Скажу, что на меня напали и попытались изнасиловать. Меня пожалеют и оденут. Довезут до города, а там… Эон! Он спасёт меня.

Коллиг приблизился к стене, на которой алело пятно крови, и, прикоснувшись к нему, принялся выводить сложные руны. Я смотрела во все глаза, но всё равно не заметила, в какой миг преграда растаяла. Будто это лишь иллюзия: была и нет! Старик молча шагнул ко мне и с силой пихнул в спину. Я пробежалась и, восстановив равновесие, удивлённо оглядела большую полутёмную комнату.

– Вы же сказали, что поможете, – борясь со слезами, прошептала я.

Но меня обманули: Коллиг торопился не спасти меня, а исполнить приказ дракона! А я, глупая, решила, что он рискнёт могуществом, чтобы спасти девушку с нулевым уровнем? Кеи снова упрямо отводила взгляд. И почему я не поверила интуиции и не сбежала от старика в магистерии?

– Я и помогаю, – усмехнулся магистр.

– Нет, – сжалась я.

Но он молча протянул руку, и руны на моей коже засветились, а тело заполнила сладкая тягучая энергия. Я попыталась отступить, спрятаться, но сделать хотя бы шаг оказалось невозможно. Магия старика цепко держала меня… Хуже того!

– Ложись, – повторил Коллиг, и моё тело послушно пошагало к кровати.

От ужаса волосы на голове зашевелились. Тело было моим, но слушалось не меня. Я хотела умолять магистра пощадить меня, отпустить, прекратить это безумие, но не смогла произнести ни слова! В груди похолодело, сердце забилось так быстро, что потемнело в глазах.

– Руки запрокинь за голову, чтобы грудь приподнялась, – командовал Коллиг, и я, с ненавистью покосившись на него, заметила, как медленно возвращается на место стена. Голос мага становился всё глуше.

– Ноги раздвинь. Шире. Ещё! Вот так хорошо…

Внутренне я содрогалась от ужаса и омерзения, но тело слушалось, и вот я уже лежала в такой развратной позе, что не осталось ни малейшего сомнения, зачем меня потребовал дракон.

– Тебе понравится.

Стена утратила прозрачность, и я услышала шаги.

Глава 8

Я дрожала на прохладных шёлковых простынях так, словно лежала на ледяной глыбе, а не на старинной кровати с огромным балдахином.