Любовница Его Величества (СИ)

Медленно, со скрежетом открылась ниша в стене, и полное радости восклицание раздалось в императорской спальне. Это был не маленький флакон, в тайном сейфе стояла огромная, не запечатанная бутыль более чем наполовину заполненная мутной жидкостью. Девушка поспешно достала пузырек со снотворным, беспрестанно встряхивая бутылочку, вылила все в цветочный вазон, и, прополоскав флакончик водой из графина, торопливо начала переливать содержимое. Несколько капель упали на пол, распространяя неприятный запах, и Кати обругала себя за неуклюжесть.

Едва бутылочка заполнилась, девушка поспешно спрятала ее все в тот же единственный кармашек и торопливо принялась убирать за собой. Уже была закрыта секретная панель, задвинут назад стол и повешена правильно картина, но как Кати не вытирала пролитые капли на пол, неприятный запах все еще наполнял спальню. Распахнутое окно не спасло положения — запах витал в спальне, душил призраком ее лжи. И Катарина поняла, что скрыть следы преступления не в силах.

Спешно натягивая перчатки, девушка выскользнула из императорской спальни, опустив голову прошла мимо ухмыляющихся стражников, внешне неторопливо покинула императорские покои и едва не побежала по длинному коридору. Ее сердце стучало, заглушая все звуки, стыд, страх, отчаяние смешались в душе, паника накатывала волнами, стремясь захлестнуть остатки разума.

— Катарина…

Тихий голос из-за колонн, и девушка побежала к леди Вьетени.

— Вы?.. — начала леди и осеклась пристально разглядывая припухшие губы на бледном лице.

— Противоядие у меня, — прошептала в ответ Кати, — нам нужно покинуть дворец как можно скорее.

— Это вызовет подозрения… — начала леди Вьетени.

— Едва он войдет в спальню, потери станут очевидны! Нужно торопиться!

Накидка и вторая часть маски были надеты незамедлительно, и женщины двинулись к бальному залу.

* * *Хассиян вернулся позже, чем желал, но войдя… Запах! Ненавистный с детства запах противоядия ударил осознанием ее поступка.

Стремительно открыв тайник, он с ироничной усмешкой взирал на флакон, из которого взяли едва ли две чайные ложки противоядия. Не тронутыми лежали документы и донесения, не тронутым остался яд, в том же положении лежали иные флаконы — ее интересовало лишь мутноватое спасение чьей-то никчемной жизни.

Взбешенный император покинул собственные покои, стремительно спустился в бальный зал и замер на пороге, выискивая взглядом ту, что предала вновь.