Любовница (СИ)

Мозг сразу подметил ощутимые изменения знакомой площади. Всё здесь казалось другим, каким-то чуждым мне. В моей памяти этот город отпечатался совершенно иным — более светлым, менее людным и… родным."

"Я помнила, как в 7 классе мы с Дашкой, моей подругой детства, с которой успели пройти через огонь и медные трубы, частенько сбегали из дома под Новый год, чтобы полюбоваться ледяными скульптурами, что устанавливала на главной площади администрация. Сверкали задорными улыбками в обрамлении разукрашенных морозом щёк, когда наперегонки скатывались с огромных горок на каких-то огрызках картонок.

Смеялись над нелепыми лицами проезжающих мимо людей, которых дети уговорили прокатиться на запряжённых пони… И, конечно же, вовсю имитировали хоровод из двух человек вокруг огромной пушистой ёлки, сверкающей тысячью маленьких огоньков в вечерних сумерках… Наверное, это единственное, за что я любила новогодние праздники.

У кого-то они ассоциировались с запахом мандаринов, семейными киномарафонами и оливье, а у меня вот… с подругой.

С ней вообще было много чего связано. В подростковом возрасте я частенько убегала из своего дома, поскольку росла в весьма… специфичной семье, где бутылка горячительного была важнее сытого родного ребёнка, и путь мой всегда лежал к Дашке, что жила через три дома от меня. Её мама, милая стройная женщина, от которой вечно пахло выпечкой, в шутку звала нас ""сестричками-лисичками"" и угощала домашней стряпнёй, когда мы закрывались от неё в комнате и хихикали над какой-нибудь глупостью.

Семья Воронцовых всегда относилась ко мне хорошо, зная, в каких условиях мне приходилось расти. И тогда мне казалось, что Даша — это мой лучик света в кромешной тьме. Любые тайны, страхи и переживания — я могла рассказать ей всё что угодно. А она была отличным слушателем. Пусть не всегда могла понять, но её поддержка значила для меня многое.

Но всё изменилось после окончания школы.

Как бы ни прикипело моё сердце к подруге, её любви и поддержке, душа рвалась прочь. Подальше от ночных гулянок родителей, их равнодушия и разрушительной славы, которая тянулась за мной, стоило только людям узнать мою фамилию. Даже смешно. Я не могла остаться учиться в месте, где была рождена, только потому, что была там не нужна…

Так я очутилась в Питере. Государственный вуз, попытка поступить на бюджет и полнейший провал в этом деле.