Любовница снежного лорда

Отломав ложечкой еще один кусочек тортика, постаралась собраться с мыслями и спросила:

— Что значит единственное место, где вы сможете жить? А в других местах вам будет не по чину, или я чего-то не поняла?

Лорд Эйн тяжело вздохнул и негромко сообщил:

— Сэльд — это не просто титул, Виэль, это нечто гораздо большее, дающее невероятную власть, но вместе с тем и превращающее носителя в стихию. В ледяную стихию. В первые годы держать ее под контролем достаточно сложно, поэтому рядом с сэльдом небезопасно находиться живым существам, кроме ледяных драконов.

Я, завороженно слушающая его слова, вздрогнула и неуверенно кивнула, все еще пытаясь постигнуть масштаб предстоящих изменений для лорда Эйна.

И он спросил:

— И почему же ты не считаешь это удовольствием, Виэль? — На сей раз я уловила и хитрый прищур, и коварный блеск в глазах.

Закашлялась.

Попыталась было ответить…

Аппетит к торту пропал напрочь почему-то, и… и я не знала, что в целом сказать в ответ на такой вопрос.

— Дай руку, — внезапно требовательно приказал лорд Эйн.

Протянула без слов и задних мыслей, и зря! Потому что шеф, ну хорошо — бывший шеф, взял мою ладонь, развернул тыльной стороной вверх и, пристально глядя мне в глаза, медленно, очень медленно наклонился, чтобы прикоснуться к раскрытой и совершенно беззащитной ладошке губами. И не просто так прикоснулся, а чувственно, проникновенно поцеловал так, что у меня по всему телу дрожь прошла, дыхание перехватило и… замерла я под его испытующим взглядом.

— Приятно? — скрывая улыбку и снова касаясь губами моей ладони, спросил шеф.

Я невольно кивнула, как завороженная глядя на него.

— Вот видишь, — лорд Эйн скользнул губами выше, прикоснулся к тонкой коже на запястье, чувственно очень, так что я снова вздрогнула всем телом, — это удовольствие, причем лучшее из всех существующих удовольствий.

— А… а тортик? — слабеющим голосом спросила я.

— Даже близко не сравнится, — заверил меня шеф, прикрыв глаза и продолжая целовать мою руку.

Прекратил сам лорд Эйн, опустив, но не отпустив мою руку, и, вырисовывая незримый узор на моей безвольной раскрытой ладони, произнес:

— Твой вопрос.

Мой вопрос?.. Я как-то невероятным образом позабыла, о чем вообще был разговор, и, с трудом приводя мысли в порядок, попыталась вспомнить. Вспомнила.