Любовница снежного лорда

Она лилась липкой патокой отовсюду, она обволакивала, она закрывала обзор на действительно достойных, она не давала дышать… Мне, привыкшему к военной прямоте, к одобрению, что порой заключалось лишь в дружеском похлопывании по плечу, все эти расшаркивания, изысканные фразы, многоцветие слов… претило.

Вновь умолкнув, лорд Эйн сделал еще глоток и грустно заметил:

— Но привыкнуть можно ко всему, и постепенно я привык к фальшивому поклонению, к постоянной похвале, льстивым заверениям в моей исключительности, к тому, что я избран самими льдами.

Привык к тому, что откровенность — роскошь мне недоступная. Единственным, с кем я мог говорить открыто, был мой старый учитель, сэльд. И он был счастлив, что льды избрали одного из его учеников…

— А сколько всего было учеников? — Интересно же.

Зато ответ потряс:

— Тысяча восемьсот девяносто четыре.

— Сколько?!

— Сэльд предпочитал держать все под контролем и желал, чтобы следующий правитель Зандарата непременно унаследовал его взгляды на мир, его честь и благородство, его мировоззрение и политические устои, — лорд Эйн пожал плечами, — поэтому в ученики взял всех сыновей подходящих родов.

Вот это номер…

— Короче, перестраховщик был ваш сэльд, — сделала я вывод.

Снежный никак не прокомментировал мое высказывание, решив, что важнее продолжить свой рассказ:

— Когда сэльдине Юалии исполнилось двадцать восемь, она была представлена ко двору.

— Не поздно ли? — уточнила просто из любопытства.

У нас как бы совершеннолетие пораньше наступает.

Лорд Эйн пояснил:

— Это возраст, с которого нам дозволяется спиртное.

Я посмотрела на него, посмотрела на бутылки, поняла, что по снежиковским меркам мне как бы еще нельзя, а потому торопливо подтянула вино поближе, недвусмысленно намекнув, что не отдам, и торопливо перевела тему на более интересный момент:

— Вы влюбились?

Но, с сомнением поглядев на меня, лорд Эйн вопросил:

— Виэль, вам ведь еще нет двадцати восьми?

— Шеф, даже не думайте, без спиртного на должности вашего секретаря я просто не выживу, так что… Короче, что там дальше было?!

Видимо, решив махнуть рукой на то, что спаивает малолетку, Эйн продолжил:

— Да, я был безумно влюблен в Юалию.

Всепоглощающе. Восторженно. Она казалась глотком свежего воздуха среди легко доступных леди, что были готовы остаться наедине со мной с первого моего взгляда… В те времена я был любимцем женщин.